Дама в автомобиле, с ружьем и в очках

Каждое движение, требующее от нее усилия, поскольку правой рукой она действовала неумело, отдаляли ее от старухи, от станции обслуживания, от ужасного завершения этого дня. Да, это она, Дани Лонго, красивая блондинка, она едет в Монте-Карло в костюме, который требует стирки, но сохнет за два часа, и к тому же у нее разыгрался зверский аппетит. До Шалона, как показывал дорожный указатель при выезде из Сольё, восемьдесят пять километров. Она не будет гнать, дорога очень извилистая и идет на подъем, она доберется туда не раньше, чем часа через полтора, а то и больше. Но перед ней шли другие машины, их задние огни вели ее на поворотах, и теперь она могла ехать, не останавливаясь. Не успела она обрадоваться этому, как пришлось затормозить, и у нее упало сердце. Сначала слева на перекрестке с шоссе, ведущего в Дижон, она увидела два огромных громоздких силуэта возле деревьев, растущих вдоль дороги, – мотоциклисты. Когда она проезжала мимо, она даже не заметила, были ли они в форме. А вдруг это полицейские, которые едут за ней по пятам? Проехав метров двести, она увидела в зеркало, как один из них стремительно выехал на шоссе и с грохотом понесся следом. Он все увеличивался в размерах, теперь она уже могла различить шлем и огромные защитные очки, он был похож не на человека, а на неумолимого робота. Она говорила себе: «Это невозможно. Он гонится не за мной, сейчас обгонит и поедет дальше». Он действительно обогнал ее, мотор у него грохотал, работая на полную мощность, потом снизил скорость, повернулся и поднял руку. Она остановилась на обочине в двадцати метрах от него, он слез с мотоцикла, снял краги, медленно, подчеркнуто медленно приблизился в свете фар, словно стараясь окончательно добить ее. Все закончилось, не успев начаться. Стало известно о пропаже «Тандербёрда», у них уже есть все сведения о ней – имя, описание внешности, всё. Но в то же время, хотя до этого она разговаривала с полицейскими, только когда ей нужно было спросить в Париже дорогу, у нее возникло странное ощущение, будто уже когда-то она переживала подобное, будто она мысленно видела эту сцену во всех подробностях, а теперь та повторялась, но только наяву. Подойдя к ней, мотоциклист сначала повернул голову в сторону машин, с ревом проносившихся мимо них в темноте, потом вздохнул, поднял свои огромные очки и закрепил их на шлеме, тяжело облокотился на дверцу машины и произнес:

– Что, изволим прогуливаться, мадемуазель Лонго?

Он был человеком с принципами, и звали его Туссен Нарди.