Цыганская невеста (ЛП)

Она изо всех сил старалась не поддаваться горю, но оно оказалось сильнее, чем все, что она принимала. Спать совершенно не хотелось, она понимала, что бессонница не отступит еще несколько часов. Включила телевизор. На одном канале говорили об убийстве ее дочери, о полицейских ошибках, о последних данных, которые сделали отца девочек подозреваемым в обоих преступлениях. На секунду ей стало любопытно, но она все-таки решила выключить телевизор.

Мойсес не мог убить своих дочерей. По крайней мере, так. Несмотря на помутнение рассудка, усиленное смесью виски и таблеток, Соня вдруг осознала, что ее несет в опасную сторону. Значит, если бы убийства были совершены иначе, она могла допустить, что их совершил муж? Она попыталась отогнать эти мысли, но это было не так просто.

Из прихожей донесся какой-то звук. Когда она была одна, Соне часто казалось, что кто-то пытается проникнуть в дом. Но на этот раз звук поворачиваемого в замке ключа был реальным. Затем стукнула дверь, значит, кто-то зашел в дом. Еще через мгновение в гостиную заглянул Мойсес. Совершенно пьяный.

— Хорошо провел время? — упрекнула она. — Небось жалко было уходить из бара? А тело твоей дочери в морге.

— Я занимался другим, причем ради дочери, — ответил он.

Фраза прозвучала странно, но расспрашивать Соне не хотелось. Целый день она мечтала лишь об одном — как обнимет мужа, а теперь остались лишь упреки и обвинения. Лишь война.

— Где ты был в ту ночь?

— Какую ночь? О чем ты, черт возьми?

— Когда убили твою дочь, вот о чем. Где ты был?

— Нигде.

— Не ври мне. Хватит врать. Полиция знает, что той ночью ты уехал в фургоне своего кузена.

Мойсес ушел на кухню. Соня испугалась, что он нальет себе еще одну рюмку, но услышала шум воды из крана; похоже, его мучит жажда. Пойти туда за ним? Нет, пусть сперва успокоится. Вскоре Мойсес вернулся в гостиную. Он старался держаться с достоинством, но слегка покачивался.

— Я выходил по делам. Надеюсь, ты не против, моя королева.

— Я против того, что ты не говоришь мне всей правды.

— Я прошу прощения. Если чего и не говорю — так это чтобы не врать больше, чем нужно.

— О чем ты? Я твоя жена, ты можешь рассказать мне все, что захочешь.

— При всем моем уважении, я не согласен. — Он икнул.

— Сегодня со мной разговаривала полиция. Они нашли твою ДНК на теле Сусаны.

Она замолчала, ожидая реакции. Мойсесу стоило немалых сил удержаться на ногах.

— Как это возможно, что они нашли частички твоей кожи под ногтями нашей девочки? Не хочешь мне объяснить?

— Я ходил к ней в тот день. Раз ты хочешь знать все, я тебе расскажу. Я пошел к ней, и мы поссорились.

— Зачем ты пошел к ней?

— Чтобы сказать ей четыре вещи. Поскольку этого не делает ее мать, сказать должен был я.