Цыганская невеста (ЛП)

Он вставил острие лопаты в разрез и смог немного увеличить его. Он сосал из банки, как мог, точно пещерный человек, борющийся за свою жизнь. Потом вдавил крышку внутрь, чтобы можно было просунуть палец, захватил им крышку изнутри и потянул вверх. Он тут же порезал палец, но не придал этому значения: зато удалось немного приподнять крышку, и он смог выпить весь сироп, а затем вынуть и съесть персики один за другим."

"После еды он немного отдохнул, сидя на полу и прислонившись спиной к стене. Рана на ноге снова кровоточила. Он по-прежнему был голоден, но возиться с банкой мяса у него не было сил. И все же через некоторое время голод заставил его это сделать. После нескольких попыток ему удалось ее открыть. Он запустил руку в банку, вытащил кусочки жирного мяса, похожего на потроха, и сунул в рот. За полминуты он съел все содержимое банки.

Ему вдруг показалось, что собака на него смотрит. Ее зрачки двигались. Он оцепенел от ужаса. Потом, осмелев, подошел к ней и увидел, что у собаки из глаз выползают черви. Они были в ошметках мозга, попавших ей на уши. Белые личинки копошились не переставая.

Его вырвало прямо на собаку. Он ушел в другой конец сарая и сел там. Его тошнило. Он лег. Постепенно, словно играя, он начал имитировать позу лежащей собаки. Скоро оба тела лежали в абсолютно одинаковой позе.

Словно продолжая игру, мальчик жалобно заскулил. Так подвывает раненый зверь.

Глава 35

Мебели в антикварном магазине Капи было столько, что она едва там помещалась. Какие-то предметы пришлось выставить на улицу Рибера-де-Куртидорес, и казалось, они сами вышли из магазина подышать свежим воздухом. Мойсес застал кузена за лакировкой шкафа. При виде его Капи прищелкнул языком.

— Кого я вижу, цыган!

Но не встал, чтобы поздороваться. Мойсес сглотнул, ему стало не по себе.

— Мы можем поговорить?

Капи положил кисть на стол и внимательно осмотрел шкаф — как на него лег лак. Он всегда так делал. И только после этого встал и обнял Мойсеса. Оба похлопали друг друга по спине. Потом Капи поцеловал его в щеку.

— Пойдем внутрь, цыган.

Мойсес последовал за ним в заднюю комнату. Та тоже была завалена мебелью и скобяными изделиями. Стульями, столами, креслами-качалками, картинами, подносами и подсвечниками.

— Ты читал газеты?

Капи кивнул:

— Да, мне принесли. Я знал, что ты придешь из-за этого.

— Они выпустят убийцу моей дочери.

— Ты слишком полагаешься на их справедливость, я всегда тебе это говорил.

Мойсес не хотел обсуждать эту тему. Он отдалился от родни, потому что не одобрял ее решений. Продажа антикварной мебели на Эль-Растро — это нормально, это достойный способ зарабатывать на жизнь. Но дела с кланом Глухого — это переход очень опасной черты.