Горный цветок

Очевидно, что Ингвар смог что-то прочесть по выражению моего лица, потому что, пожав плечами, спокойно сказал:

- Ты не хуже меня знаешь, дорогая сестрица, что тут, в горах, менее предвзятое отношение к бастардам. Был бы воин хороший и смог постоять за свой клан. И, отвечая на твой вопрос: нет, меня не унижает знакомство с Сигурдом.

- То есть, он хороший воин? – уточнила я.

- Да, солдаты Лейсхена очень уважают его, невзирая на молодой возраст. Начинал с простого десятника, а теперь командует всеми солдатами клана.

Едущий рядом солдат небрежно помахал рукой, мол, было бы у них кем командовать! Так, мелочь одна, и слова доброго не стоят, только и могут, что заниматься разбоями да грабежами, да вот леса свои обдирать потихоньку. Не то, что у нас – самого сильного клана во всей Нортмандии и прилегающих земель радиусе до пятисот километров!"

"Я хотела было восхититься потрясающей карьере молодого человека, но мы прибыли домой и возле крыльца уже тусовался мой супруг, чей горящий интересом взгляд никак не вязался с равнодушным выражением лица. Ясно же, что ему было жутко интересно, что я добыла в своей экспедиции. Полагаю, если бы он имел возможность, то отправился бы с нами, невзирая на свою увечность.

Родитель же, увидев нас, не выразил особой радости, только попросил иметь подобающий вид во время ужина. Я не нашлась, что сказать на это, и только кивнула головой. Впрочем, папенька в чём-то был прав, я поспешила в комнаты, которые мы временно занимали, и совершенно выбросила из головы ту встречу возле границы с кланом Лейсхен.

До самих же образцов я добралась только на следующий день, решив провести полевые, так сказать, испытания. Первым делом я сунула нос в вёдра, в которые мы собрали образцы речного песка, тщательно просеяла его с помощью сита для муки, убрав мельчайшую грязь, кусочки растительности и каких-то ракушек. Причём, заняло у меня всё это порядком времени, конечно. Затем настала очередь глины и небольших кусочков камней, то есть песчаника. Но и тут у меня было решение – песчаник достаточно мягкий камень, как я помню, он состоит из каких-то ракушек и обнаруживается в тех местах, где раньше было море. То есть, на месте этих гор когда-то был океан? Я наморщила мозги, но единственное, что смогла вспомнить из палеологии, были слова: «Гондвана и Лавразия». Господи, какая ерунда всё же приходит мне в голову!

Я устало откинулась на спинке стула и бросила хмурый взгляд на ручную мельницу, на которой я перемалывала камни. Выглядела она не совсем привычным образом, да и вешала целый пуд, не меньше. Ручная мельница была торжественно вручена мне сегодня с утра нашим экономом вместе с душевной просьбой не сломать нужные предметы быта.