Cудья и палач

Марина стояла у зеркала. Совершенно голая. Она любовалась своим отражением. И Валерий Борисович любовался ею. И его охранники тоже.

Это очень неприятно, когда знаешь, что каждый твой шаг под контролем у сотрудников службы безопасности. Но иначе нельзя.

Вчера они с Мариной долго осматривали его великолепный дом. Он и в самом деле был новый – правда, женщин здесь уже успело побывать немало. А потом ужин при свечах. Шампанское. Марина захмелела окончательно. И легко согласилась искупаться с ним на пару.

Всю ночь они занимались любовью. И все это время находились под негласным наблюдением охранников.

Глинскому, шефу его службы безопасности, не до приличий, когда дело касается жизни и смерти. Его люди подозревают всех, поэтому не дают сделать ни единого бесконтрольного шага тем, кто входит в прямой контакт с Валерием Борисовичем. Может быть, поэтому он до сих пор и жив. Слишком много у него всемогущих врагов.

Заснули они под утро. И во время сна за ними следили. Вернее, за Мариной. Как бы чего с ним не сделала.

Но ничего, все обошлось.

Встали они рано. Время на часах половина восьмого. Ей пора уходить. Но она, похоже, не понимает этого…

– Дорогой, я тебе очень нравлюсь? – спросила она и повернулась к нему передом.

Одной рукой закрыла свой пушок, только ради приличия.

Красивая она женщина, спору нет. Но, увы, как и всех других, он сравнивает ее с презервативом. Для одноразового использования она. Не более того…

– Собирайся, дорогая, – вежливо, но сухо сказал он. – Тебя отвезут…

– Куда? – опешила она.

– Домой… Ты разве не соскучилась по сыну?…

– Я думала, мы всегда будем вместе…

– Извини, если я не оправдал твоих ожиданий…

Марина едва не заплакала от обиды. Она оделась, с поникшей головой вышла из комнаты.

Хотела захомутать его. Размечталась, глупенькая. Его миллиарды будут принадлежать только ему одному!…

И Марина как будто прочитала его мысли.

Она вернулась. В комнату не вошла – влетела. В глазах злоба. Лицо перекошено от ярости. Только пены на губах не хватает.

– Думаешь, отделался? – кипела она. – Трахнул, и все, гуд бай, девочка…

Еще немного, и она бы вцепилась когтями ему в лицо. Но телохранители подоспели вовремя. Схватили ее, потащили к выходу из спальной комнаты.

– Я еще вернусь! – выкрикивала она. – Жди, я еще вернусь…

Не вернется. Ее сегодня же убедят не делать этого. Дадут «штуку» баксов отступных, ну, может, две. Компенсация за моральный ущерб – это ее успокоит. И все, больше он ее не увидит. Уже сегодня в его постели будет другая женщина. И он будет говорить ей те же дифирамбы, что и ей… А завтра, может быть и такое, снова скандал. Но это все ерунда по сравнению с дрязгами на экономической и политической арене государства.

Какое-то время Валерий Борисович полежал в кровати.