Баронесса. Эхо забытой цивилизации

Ни разу он не передал даже медяка! Миледи и Яра в первые дни спали на полу, на лежаках из сена, как простолюдинки, сами готовили и разводили костры, — вперед вышел совсем старенький Германн. — Зачем бы ей эта настойка, у миледи и времени нет смотреть на мужчин.

Вокруг зазвучали и другие голоса, защищавшие меня. Жители Синей Трясины один за другим подтягивались к внутреннему двору. Невыносимое жжение в груди перешло на всё тело, и я не выдержала — расплакалась от благодарности, склонив голову, чтобы не показывать своих слёз. Перед глазами болталась светлая косичка с красной лентой. Мои люди... Наши земли окружены баронством, родственники жителей Синей Трясины живут на землях Кайроса; они знали, что могли навлечь на себя гнев д'Арлейнов, но всё равно защищали меня.

Всё будет хорошо. Как мне дать им понять это? Не надо так рваться, Кири, всё будет хорошо.

Тем временем на площади перед поместьем начала собираться толпа — торговцы и проезжие, решившие взглянуть, что же заставило храмовников появиться здесь в таком количестве.

— Да это потому, что ты с ним спишь! — внезапно влезла Фирруза д'Арлейн, почувствовав, что линия её обвинения рушится. Она буквально тыкала пальцем в Кири. — Рослый, симпатичный, и взгляните, как он смотрит на Тали — сразу видно, что влюблён! Как тебе не стыдно изменять моему сыну, который сейчас делает всё для Его Величества! — похоже, свекровь уже и сама начинала верить своим обвинениям. Её узкое лицо раскраснелось, волосы растрепались.

Лорд Тиу, видя, что ситуация выходит даже за пределы их жестокого плана, попытался схватить её за руку, чтобы остановить, но не успел. Фирруза д'Арлейн подошла ко мне, готовясь высказать всё, что накопилось.

— Я не могла поверить, что сын привёл домой бастарда, и сразу знала, что у нас будут проблемы! Вот до чего дошло! Неудивительно, что ты впустила в свою постель простолюдина. Какой позор!

Она вообще понимала, что сейчас унижала не только меня, но и своего сына?

— Миледи Фирруза! — лорд Тиу быстро шагнул к ней и оттащил прочь, избавиться от таких слухов будет непросто, они могли навредить и репутации Кайроса. Хотя, конечно, если я исчезну навсегда, его доброе имя не пострадает. Помощник моего мужа что-то быстро зашептал, и Фирруза д'Арлейн замерла, поняв, что зашла слишком далеко. В её руках откуда-то появился платок, и она приложила его к глазам, в которых не было ни слезинки, а ухоженная рука, унизанная тяжёлыми украшениями, вновь легла на сердце.

Что дальше? Будет рассказывать, как я довела её до слёз?

Она уже приоткрыла рот, чтобы выдать ещё что-то, но тут из поместья наконец вернулись храмовники, все четверо, а за ними выскочили одна за другой Шиу, Моника и Йулиу. Весь внутренний двор замер в ожидании, но тишина казалась оглушающей.