Сборник циклов

– Зачем ты лжёшь, ведь сейчас тебя переполняет мощь?!

– Всё так, но и одновременно совсем не так. Ты не поймёшь.

– А ты попробуй, объясни!

Зардрак с трудом скрывал ликование. Он понял, как её уничтожить. Ни одна исса не пострадала бы от такой необычной атаки, но эта сумасшедшая не имеет даже ничтожной крохи знаний и не позаботилась о некоторых обязательных мелочах. Атон начал подготовку к нападению, не забывая поддерживать защиту. После столь оригинального нападения у иссы будет немного времени, она может успеть ответить в отчаянной контратаке. Между тем Сата охотно пустилась в объяснения:

– Я сильна, но моя мощь имеет природу, недоступную тебе. Мне не нужен Источник. То, что мне помогает, составляет неотъемлемую часть нашего мира; мне стало ясно это только сейчас, в десмериуме.

Зардрак атаковал. Фантом Саты странно дёрнулся, атону показалась, что она на миг исчезла. Взглянув в её по-прежнему снисходительно-насмешливые глаза, жрец расхохотался:

– Да ты полная дура! Я же убил тебя, ты всё-таки проиграла! Ну что ты смеёшься? Твоя связь с телом порвана, фантому осталось существовать всего несколько мгновений! Всё, прощай!

Сату сообщение не обескуражило. Она замолчала, со скучающим видом оглянулась по сторонам, как бы не замечая всё более вытягивающееся лицо Зардрака; наконец, посмотрев на него с презрением, заговорила ровным голосом, не теряя самообладания.

– Глупец! Тебе ещё не надоело? Не трать время, я неуязвима. Ты думал, что изолировал клочок десмериума со мной внутри? Так оно и было, но в это время в нём не было меня.

– А где же ты была? – еле выдавил из себя опешивший Зардрак.

– Ушла немного выше, тебе там никогда не бывать!

Тут Зардрак понял – ему давно уже пора сматываться. То, что он ещё жив, объясняется капризом кошки, решившей поиграть с мышонком. Атон закрыл глаза, стал входить в Ритм. Раз-два-три, раз-два, раз, раз-два-три, раз-два, раз. Но резонанса не было, он не чувствовал своего тела, не мог вернуться. Его что-то держало, а скорее кто-то. Жрец открыл помутневшие от ужаса глаза, взглянул под ноги. Так и есть, изумрудно-зелёные побеги густо оплели его тело до самого пояса. Странно было видеть, как они растут из выжженной на месте битвы земли.

– Зардрак, – так же спокойно продолжила Сата, – я прощаю тебе всё. Мне никогда не забыть, как ты держал перед моими глазами раскалённый клинок, требуя отказаться от родных, но я прощаю это. Прощаю и то, что ты убил всех моих близких, всех друзей и знакомых, всех тех, с кем я росла. Прощаю, что приговорил меня к мучительной смерти среди веселящихся людей. А убью тебя за то, что ты хотел лишить жизни моего любимого человека. Этого простить нельзя.