Сборник циклов

С противоположной стороны острова доносился рокот настоящего прибоя, а не как обычно бывает – несерьезные шлепки суетливых волн. Исполинские валы, разогнавшись на безоглядном просторе, в пенном бешенстве перебирались через полосу рифов, чтобы на остатках силы выкатиться на широкий пляж. Отголоски этого ощущались даже здесь, на спокойной стороне суши.

Расселина напоследок выкинула последний фортель – опять раздвоилась. Но было понятно, что никуда дальше оба рукава не идут. Здесь конец этой казавшейся бесконечной дороги через архипелаг – если хочешь продолжать движение, следует позаботиться о настоящем корабле.

Вот и конец плоского мирка, ставшего тюрьмой для тысяч неудачников.

Под берегом швырять начало немилосердно. Волны, хоть и растерявшие силу на рифах и после обхода острова, все равно оставались немаленькими. Лодки то подкидывало вверх, то бросало в бурлящую пучину откатывающегося вала. О том, чтобы в такой обстановке спокойно рассматривать следы на песке, не могло быть и речи. Не сговариваясь, рванули к пляжу.

На последних метрах пришлось прыгать в воду – весла в пенящемся хаосе полосы прибоя стали бесполезными. Легкие лодки вытащили на сушу вручную, оттянули на несколько метров, присели перевести дух. Заросли, издали казавшиеся сплошными и очень густыми, вблизи оказались редкой порослью невзрачных кустов, негусто растущих в удалении от прибрежной полосы, неравномерно поросшей кокосовыми пальмами. В нескольких шагах на песке лежал проросший орех, выпустивший вверх раздвоенный зеленый побег, чуть дальше виднелся еще один. Похоже, эти плоды здесь часто выбрасывает – океан оказался щедрее, чем коралловое море.

Или просто здесь диксов нет, с их привычкой собирать урожай подчистую.

Окажись остров чуть поменьше, он бы насквозь с любого направления просматривался. Скудная песчаная почва, растительность такая же. Противоположный берег вообще почти голый. Наверное, из-за ураганов – здесь ничто не мешает им резвиться во всю мощь. Можно представить, какие валы сюда приходят в бурю и куда достают. Вряд ли даже в самом широком месте здесь больше метров шестисот – семисот.

Кирпич указал на песок:

– Ямки подозрительные. Такие остаются от следов, когда их ветер еще не до конца занес.

Чьих следов – можно не переспрашивать. Самая крупная дичь на таких островах – ящерицы. Ну еще морских птиц можно туда же записать и редких черепах. Но человеку они в этом вопросе не конкуренты – тот практически местный монополист, если требуется что-то вытоптать.

– Остров маленький, быстро обыщем, – принял решение Макс.

– С лодками не будем никого оставлять?

– Нет. Будем ходить так, чтобы держать в поле зрения этот пляж, но разделяться не станем.

– Угу. Верно мыслишь.