Сборник циклов

Правда, говорят, что и на этом свете долго не протянешь, если такими колесами закатываешься. Я в одного шесть пуль всадил, пока упокоил, а другой братишку нашего наповал отоварил дубиной, хотя сам был насквозь копьем проткнут. Ну чисто диксы, даже еще хуже. Воют какую-то ересь неправославную, на губах пена, глаза навыкате. Как вспомню, так вздрагиваю. Жрец их главный всех девок новеньких встречал, опробованием занимался, так сказать, а потом уже выбирал, кому с кем жить. Даже на Большой экспедиции организовывали – за травой в основном. Круто жили. Их там человек двести собралось. Детей вообще не было – все, кто младше пятнадцати к ним попадал, сразу на кухню уходил, причем не кушать, а наоборот. Такие вот дела случаются на окраинах.

Ботан совсем невеселым стал – видимо, представил, как из кустов за ними сейчас наблюдают двести пар плотоядных глаз. Да и другим не по себе стало. Мало ли…

Гнетущее впечатление после рассказа Кирпича слегка сгладила Динка:

– Та девушка, в могиле. Это ведь рядом было. Живи здесь людоеды – зачем хоронить тело?

– Тоже верно, – признал Кирпич. – Так что решать будем, командир?

– Идем к берегу, а там посмотрим.

– Хорошая идея и, главное, несложная. Патрон в ствол загоню. Пару раз мне это шкуру спасало.

Глава 31

На подходе к острову столкнулись с непонятным явлением – Макс подобного еще ни разу не наблюдал. Вода в расселине по какой-то неизвестной причине вздымалась через одинаковые промежутки времени, заливая низкие берега. Происходило это неравномерно, не по всей протяженности, а как будто горб издали накатывался. Со стороны казалось, что в глубине быстро проплывает исполинских размеров существо, но это, конечно, невозможно – не будут чудовища сновать в одном направлении через строго выверенное расстояние, да еще и со скоростью одинаковой.

Чем ближе подходили к суше, тем заметнее проявлялось это явление. Легкие лодочки начало ощутимо вздымать, чтобы потом опустить. Списать это на ветер, нагнавший исполинские волны в протоке, не получалось – дул он сбоку и был едва заметен. Даже ряби толком поднять не мог.

Ботан, подтверждая свою репутацию неглупого человека, первым высказал правильное предположение:

– К океану подходим. Говорят, там всегда волнение такое. Отголоски в расселину заходят.

Макс, как ни вглядывался, понять, что там, впереди, не мог. Издали вроде сплошная вода, но такое и на мелководьях часто бывает. Разве что цвет у моря там какой-то необычный – насыщенная синева, без грязных клякс коралловых мелей. Жаль, что бинокля нет: зажали оптику для столь несерьезной экспедиции."

"Лишь когда на берегу стало возможно каждый пальмовый листик разглядеть, стало очевидно – дальше действительно начинается океан.