Сборник циклов

– Ты справа обходи, а я слева. Он на две стороны отстреливаться не сможет – главное, не высовываться резко.

Предосторожности оказались излишними – гот был мертв. Забравшись на плоский скальный выступ, он разлегся в луже крови.

Хмыкнув, Олег ткнул его стволом карабина, пригляделся, удивленно произнес:

– Странно – я ему всего лишь в ногу попал, а он помер.

– Бедро ты ему пробил. Похоже, артерию задело. Он почти сразу кровью истек. Вон как мышцу разнесло.

– А я, дурак, караулил его! Ловкий, гад: мало того что через баррикаду перелез, так еще и лука со стрелами не бросил. Ну что, Макс, пошли в поселок?

– Нет. Ты подежурь пока здесь, на скалах. Вдруг в кустах еще прячутся. На корабле охраны не осталось – даже если одиночка доберется, то захватит.

– В одиночку не уведет.

– Зато поджечь может.

– Ладно. Ты прав. Постою тут. Но ты там про меня не забудь. Народ пришли, чтобы корабль ближе к нам перетащили. Если вон в ту протоку его завести, можно до самого берега дотянуть.

* * *На подходе к поселку Макс едва не пристрелил собаку. Псина выскочила из кустов, виляя хвостом с таким неистовым усердием, что было непонятно – почему он при этом не отвалился. Она скулила и повизгивала, жалуясь на невзгоды и одновременно демонстрируя высочайший уровень радости от встречи с таким замечательным человеком. Не понимала, что едва избежала смерти: от неожиданности тот сразу вскинул револьвер.

Кличек всех поселковых собак Макс не помнил и поэтому обратился к собаке неопределенно:

– Барбос, жив? Я думал, вас всех готы поубивали. Ну пошли за мной – напоить тебя надо.

Радостно взвизгнув, собака начала описывать круги, нетерпеливо косясь в сторону баррикады: идти в одиночестве она побаивалась, хотя звериное чутье подсказывало, что власть поменялась. В противном случае не рискнула бы выбраться к человеку.

Мусы на прежнем месте не было – лишь россыпь стреляных гильз осталась. Макс направился за штаб: там кричали в десятки глоток и, похоже, кого-то били. Не успел и половины пути преодолеть, как бы остановлен – навстречу выбежала Дина, схватила за руку, умоляюще затараторила:

– Максимка! Останови их! Я не смогла! Я сейчас не могу ничего! Прекрати это! Ну пожалуйста! Так нельзя! Вы ведь не такие!

– О чем ты? – не понял он. – Где Муса?

– В хижине он! Я его перевязала! С ним Эн сейчас! Прекрати это! Ну, Ма-а-а-аксим! Там!.. Они там тако-о-о-ое устроили!!! Они зве-э-э-эри!!!

– Ну пошли.

Переступая через трупы готов и островитян, Макс обошел штаб. На площадке между хижиной Эна и баррикадой увидел толпу – похоже, здесь собрались почти все. Сгрудившись полукольцом, народ наблюдал за чем-то интересным – Макс не видел, что там происходит, но крики ужаса и боли слышал прекрасно.