Сборник циклов

Если верить Эну, высота была практически нулевой, и вряд ли первый виноват в случившемся. Наверное, уже второй доконал – в водной среде машина, конечно, падает не так быстро, как в воздушной, но все равно должна ускоряться прилично. А может, и третий удар был – иначе бы не разбросало запчасти от подножия склона до этой площадки. Хвост отвалился, винт слетел, контейнеры освободились и…

Куда они могли деться, такие тяжелые? Хотя стоп! Плавучесть-то у них положительная! Они могли вывалиться по пути, выплыть в раскрытую дверь и пропасть навсегда! И тогда все зря!!!

Но ведь труп не пропал… У них ведь при разложении плавучесть очень высокая, но он никуда не делся. Или бронежилет сыграл роль? Тяжелый ведь. А может, все гораздо проще – поднялся кверху, и потом, объеденный морскими стервятниками, опустился.

Макс, позабыв про то, что двигаться надо неспешно, резко задрал голову. В хвостовой части машины, неподалеку от рваного отверстия, оставшегося на память о потерянном хвосте, под потолком виднелась россыпь плавучего мусора, окружавшая три огромных ящика, отблескивавших оранжевым.

Такого облегчения Макс никогда в жизни не испытывал. Все на месте. И рассуждения его верны – он быстро догадался, ни разу не ошибившись. А на глубине это не так просто.

И самое главное – несмотря на все повреждения, груз сохранился. Не вывалился в распахнутые двери, не выплыл в дыру – остался в недрах огромного фюзеляжа.

Подплыл к ближайшему контейнеру. Для удобства переноски на нем было множество ручек. Ухватившись за одну, попробовал потянуть. Сопротивлялся тот отчаянно – Максу показалось, будто скалу тащит. Может, он и весит под центнер, но наверх рвется как воздушный шар. Или глубина сказывается и ощущения обманывают?"

"Будь дело на суше, он бы, наверное, запыхался, а здесь приходится о дыхании думать. Точнее, об его отсутствии. Легкие уже требуют свое, хотя на глубине их сильно сдавило. Плотность воздуха выросла, и концентрация кислорода в нем, естественно, поднялась, что организм воспринял положительно – скорость насыщения тканей животворным газом резко возросла. Этот эффект очень помогает фридайверам при погружении, и он же, к сожалению, губит их при всплытии. Но вечного в этом деле не бывает: кислорода с каждой секундой становится все меньше, а вот углекислого газа – наоборот. Срабатывает дыхательный рефлекс – нестерпимо хочется сделать глубокий вдох. Потерпите… Потерпите немного… Еще чуть-чуть… Надо всего лишь вытащить ящик наружу.

Положительная плавучесть – это хорошо, но масса ящиков, увы, никуда не пропала – при попытке потянуть первый на себя, притянулся не контейнер к Максу, а наоборот. Это на миг обескуражило, но лишь на миг: всерьез теряться здесь нельзя. Одной рукой за край дверного проема, другой за рукоятку.