Сборник циклов

Ты уж извини, Макс, но дело это небезопасное – на такой шум к нам могут хозяева заявиться. Они, знаешь ли, местные охранники природы и не разрешают вести лесозаготовки.

– Да понял уже, – буркнул Макс, стыдясь своей бестолковости.

Мог бы и сам догадаться, что работать топором здесь рискованно: дело это далеко не бесшумное. Да и унести домой тяжело будет. Связать плот и по воде тащить? Тоже не получится – не провести его через рифовый хаос. Хотя, возможно, есть подходящие протоки, но для этого надо исследовать все побережье и окрестности – дело небыстрое и очень опасное.

Если нельзя рубить, то как тогда мелочь заготавливать? Ножом? Так он всего один, у Мусы, да и то маленький. Таким можно неделю работать – бамбук ведь очень крепкий.

Непонятно…

Все выяснилось без дополнительных расспросов – стебли бамбука выворачивали с корневищами. Вначале палками рыхлили влажную почву, потом наваливались вдвоем, сгибали. Если растение не сдавалось, опять брались за «палки-копалки». Добившись своего, обивали землю, обрывали листву, обламывали тонкую макушку. Потом принимались за новое растение.

В самом начале случилось небольшое ЧП – Додик, сражаясь со стеблем, ухитрился смять его в руках, сильно порезав ладонь об острую бамбуковую полоску. Муса, тихо выругавшись, приказал Дине сделать что угодно, лишь бы унять кровь. Здесь хоть и не море с его течениями, но по воздуху запахи тоже неплохо переносятся – мало ли кого может принести на такую приманку.

Затем все пошло как по маслу. Макс, работая в паре с Жорой, не успел толком начать, как пришлось остановиться: на земле лежала целая куча вывороченных с корнем обломков стволов. Довольный Муса констатировал:

– Хороший бамбук. На луки должен сгодиться. Как ты думаешь, Динка?

Та, почему-то вздрогнув при упоминании ее имени, нервной скороговоркой пробормотала:

– Не знаю. Я никогда не видела, из какого бамбука их делают. Вроде толстый, но не могу точно сказать.

– Конечно, толстый – мелких мы не берем. Специально за таким пришли. Да не трясись ты так – на тебя даже комары сесть не могут! Расслабься, мы уже почти закончили. Сейчас увяжем в охапки – и назад. Потом, уже на рифах, я корни отрублю и верхушки подровняю – нести легче будет. Здесь ведь нельзя шуметь."

"Хотя тащить бесполезные тяжелые корни никому не хотелось, но спорить глупо – разумно задумано. Муса принялся ножом нарезать ползучие стебли какого-то растения вроде вьюна, остальные очищали их от листьев, скручивали по три-четыре, получившиеся «веревки» использовали при связывании охапок бамбука. В процессе этой работы опять начал накрапывать дождь, причем сильно – шум нервировал. Неподалеку грохнулась гнилая ветка древовидного кустарника – набравшись влаги, рухнула под собственной тяжестью.