Циклон с востока

Так спокойнее. Чаще на улице грабят, чем в дома лезут.

— Прекратите, старшина! — рявкнул Шелестов, едва сдерживая бешенство. — Люди от темна до темна помогают фронту, своей стране, а вы в это время должны обеспечить их безопасность, безопасность их жилищ, имущества, безопасность от преступных посягательств! А у вас детей крадут прямо из дома! Люди дома не запирают, так проводите профилактические беседы, убеждайте, чтобы запирали. Организуйте народные дружины из тех, кто не может работать, но хоть смотреть может, просто своим присутствием отпугивать воров. Мне что, вас учить надо?

— Виноват. — Участковый сразу подобрался. — Я только объяснить хотел, что…

— Я услышал ваши объяснения, старшина, — сухо прервал участкового Шелестов. — Сутки вам! Провести поквартирный обход, установить все связи Аркадия Михайловича Горелова, всех его родственников, приятелей, друзей и подруг. С адресами и настоящим местом нахождения. Одновременно опрашивать население о людях, чьи приметы вы сейчас получите.

Текст ориентировки участковому не дали. Шелестов заставил старшину выучить приметы наизусть. Очень ему не хотелось, чтобы текст ориентировки попал в руки тех, кого она касается. Они и так рисковали. Если враг заподозрит, что Горелов вошел в контакт с сотрудниками НКВД, если они поймут, что инженер сейчас не на заводе, а под охраной в управлении, детей могут сразу же убить.

Осмотр квартиры Горелова тоже ничего не дал. Да, много отпечатков пальцев, которые подходили для идентификации. Но они могли принадлежать десяткам знакомых и сослуживцев инженера. Соседи признавали, что у Аркадия часто бывали гости с работы. Приносили гостинцы детям, засиживались с какими-то чертежами допоздна. Среди этих отпечатков могли найтись и отпечатки диверсантов, но как их в короткое время вычленить, как идентифицировать, да и времени это займет столько, что страшно подумать. Нет, это не решение.

— Товарищ подполковник, — остановил Шелестова голос с еле заметным кавказским акцентом.

Майор милиции Арутюнов рвался на фронт с первого дня войны. Но в военкомате шли навстречу руководству местной милиции. Такого начальника уголовного розыска терять не хотелось. Тем более в такое время, когда произошел всплеск бандитизма и других видов преступлений. Но Арам Саргисович и в тылу хлебнул немало. И шрам на виске до самой щеки от бандитской финки остался, и кисть левой руки изуродована, на которой теперь не до конца выпрямлялись пальцы. Пуля во время задержания матерого бандита чудом прошла мимо сердца майора, пробив ему руку.

— Слушаю вас, Арам Саргисович. — Шелестов остановился, держась за дверцу машины.

— Мы нашли машину. По приметам это, скорее всего, та «полуторка», на которой увезли детей.