МИ (Цикл)

Я знаю жителей этого города и расплачусь с ними за то, что взяла. А поскольку я собираюсь расплатиться, сейчас они принадлежат мне. Возьми. Я дарю их твоему племени за те неприятности, которые я вам причинила.

Чандален озабоченно посмотрел на сверток.

— Для подарка это слишком ценная вещь. Делая такой подарок, ты налагаешь обязательства на мое племя.

— Тогда считай это платой за то, что вы с Приндином и Тоссидином охраняете меня в пути. Вы рискуете жизнью, но больше мне нечем вам заплатить. У вашего племени нет передо мной никаких обязательств.

Нахмурившись, Чандален некоторое время размышлял, потом взял сверток и, подбросив его на ладони, положил в мешок. Затянув мешок сыромятным ремнем, он встал.

— Ты заплатила нам за то, что мы проводим тебя в Эйдиндрил, и кроме этого, мы тебе ничего не должны.

— Ничего, — кивнула Кэлен.

Они снова пошли по молчащим улицам, мимо высоких домов, мимо лавок и постоялых дворов. Каждая дверь была взломана, каждое окно — разбито. Осколки стекла, словно застывшие слезы, сверкали на солнце. Орды захватчиков прошли сквозь каждое здание, сметая на пути все живое.

— Как удавалось такому количеству людей жить в одном месте и не голодать? Им не хватило бы ни дичи в горах, ни полей для посевов.

Кэлен постаралась взглянуть на город глазами Чандалена. Конечно, для него это загадка.

— Горожанам вовсе не обязательно всем охотиться или работать на полях. У каждого есть свое ремесло.

— У каждого? Как это?

— Это значит, что каждый занимается чем-то одним. А то, чего не может сделать сам, он покупает за золото или серебро.

— А где он берет это золото и серебро?

— Ему дают те, кто покупает у него вещи, которые он производит.

— А у них откуда оно берется?

— Они тоже умеют делать какие-то вещи, и за них им тоже платят.

Чандален скептически усмехнулся:

— А почему они не меняются? Это же гораздо проще.

— Ну, по сути, это и есть обмен. Допустим, мне нужен твой лук, но у меня нет ничего, что нужно тебе. Я даю вместо этого деньги — такие кружочки из золота и серебра, а ты покупаешь на них то, что тебе необходимо.

— Деньги, — повторил Чандален, словно пробуя новое слово на вкус, и недоверчиво покачал головой. — Зачем же тогда людям работать? Почему бы им просто не пойти и не взять себе столько этих самых денег, сколько им нужно?

— Некоторые так и делают. Они добывают золото и серебро. Но это очень тяжелый труд. Золото трудно найти, и его надо выкапывать из-под земли. Именно потому, что золото — редкость, из него делают деньги. Если бы его было так же легко отыскать, как овес или песок, никто не стал бы на него меняться. Деньги потеряли бы цену, наша система обмена бы рухнула, и люди начали голодать.

Чандален нахмурился и остановился.