МИ (Цикл)

Улыбаясь про себя, Зедд под конец добавил, что Ричард нашел способ обойти магию Исповедницы, и теперь они с Кэлен вольны любить друг друга, сколько им вздумается. О том, в чем именно заключается этот способ, Зедд умолчал. Об этом не полагалось знать никому.

Он был доволен, что ему удалось рассказать все, что он хотел, не особенно углубляясь в кое-какие излишне болезненные моменты. Нечего бередить старые раны. Эди не стала задавать вопросов; она подошла и положила руку ему на плечо, словно говоря, что рада тому, что им всем удалось выжить и победить."

"Зедд тоже молчал. Он рассказал все — по крайней мере все, что собирался. В углу валялись разбросанные кости, и Зедд начал помогать Эди складывать их по порядку. Вероятно, хватало прятался именно здесь. Ошибка с его стороны.

Неудивительно, что люди прозвали Эди костяной женщиной; дом был битком набит костями. Казалось, Эди посвятила им всю свою жизнь. Колдунья, специализирующаяся исключительно на костях, внушала беспокойство. Она практически не использовала ни яды, ни амулеты, ни всякие зелья и прочие атрибуты, характерные для ее ремесла. Зедд знал, что она пытается нащупать на этом пути, но он не знал почему.

Колдуньи обычно предпочитали иметь дело с живой материей. Эди углубилась в изучение того, что мертво. Темное и опасное знание. К несчастью, теперь Зедд тоже вынужден этим заняться. Ну что ж, если хочешь постичь суть огня, ты должен изучать его. Правда, это неплохой способ сгореть. Зедд поморщился: ему не понравилось сравнение, которое только что пришло ему в голову.

Он положил на место последнюю кость и поглядел на Эди:

— Если ты не хочешь, чтобы у тебя по дому разгуливали хваталы, тебе следует держать дверь закрытой.

Зедд придал своему лицу назидательное выражение на случай, если Эди обернется, но она не обернулась. Она продолжала невозмутимо складывать у печки рассыпавшиеся дрова.

— Дверь была закрыта. На засов. — В ее голосе было что-то такое, от чего у Зедда сразу пропала охота строить рожи. — Это быть уже третий раз.

Подобрав еще одну кость, завалившуюся за поленницу, она бросила ее Зедду.

— Раньше хваталы никогда не забираться в мой дом. — Она говорила тихо, словно боялась, что кто-то подслушает. — Я за этим следила. — Она положила руку на большую белую кость, висящую на стене. — Но с приходом зимы все быть по-другому. Кости перестали их отгонять. Причина быть для меня загадкой.

Эди долгое время жила у прохода через границу. Никто лучше нее не знал всех капризов, причуд и опасностей этого места. И никто лучше не знал, как их миновать. Но границы исчезли. Теперь здесь должно быть вполне безопасно.

Зедд попробовал догадаться, о чем она не договаривает; колдуньи никогда не говорят всего, что им известно.