МИ (Цикл)

Натан сомневался, что даже в свои самые худшие дни, Госпожа Смерть — Никки — совершала подобные ужасные вещи.

Волшебник, подняв глаза, встретил остекленевший взгляд Бэннона. Казалось, молодой человек пребывал в ужасе от событий этой ночи, и этот новый случай не сильно на него повлиял.

Желчь подкатила к горлу волшебника, он отвернулся, его плечи поникли. Натан не хотел, чтобы Никки тоже это видела, хотя, возможно, колдунья могла помочь ему понять, что же произошло. Как мог его дар так жестоко обратиться против него? Сейчас, даже чувствуя вновь вернувшуюся магию, он больше не смел ее использовать. Возможно, это приведет к еще худшим бедствиям.

Еще одна поразительная мысль пришла в голову: а реши он бросить шар огня волшебника на один из кораблей Норукай во время битвы? Если яростные, раскаленные до бела сполохи нанесли обратный удар, это уничтожило бы половину городка Ренда-Бэй."

"Натан застонал и отошел от людей, которые подкладывали под головы свернутую ткань, занимались перевязкой раненых и бандажом сломанных костей. Ему было стыдно и страшно.

Он был опасен.

Натан схватил ведро и присоединился к группе людей, борющихся с огнем, чтобы помочь потушить последние возгорания, которые до сих пор распространялись по городу. Этим самым, по крайней мере, он не нанесет большой урон.

Глава 25

Пожары в Ренда-Бэй полыхали до утра, остатки дыма продолжали завиваться в сером небе, перекрашивая рассвет. Дома и лодочные навесы все еще тлели, некоторые обгорели до почерневших каркасов. Группа рыбаков спасала шесть лодок из разрушенных доков, а люди по всему городу с потухшими взорами оценивали ущерб, разговаривая подавленными голосами.

Никки размышляла о непринужденной жизни предыдущего дня: о спокойных соседских беседах, о незамысловатой городской деятельности и маленькой, но оживленной рыночной площади, — о том, что обычная жизнь теперь разрушена мечами, огнем и кровью из-за прошедшего набега.

Бэннон, казалось, пребывал в ступоре, сидел, приходя в себя на треснутой деревянной скамье рядом с опрокинутым корытом для потрохов. Серебряная рыбья чешуя в утреннем свете усыпала деревянную емкость, словно мелкие монетки. Он обхватил плетеную кожей рукоять Крепкого обеими руками, как бы набираясь из него силы. Рубашка юноши была разорвана и заляпана сажей и кровью.

Подойдя к нему, Никки заметила по крайней мере пять глубоких порезов на его руках, по всей спине и плече. Молодой капустный фермер погрузился в свои мысли, переваривая последствия битвы. Выглядел он состарившимся.

Никки, несмотря на усталость из-за слишком большого расхода магии во время битвы и лечения тяжелораненых, все же нашла немного силы, чтобы исцелить порезы и раны Бэннона. Тот даже их не замечал.