МИ (Цикл)

Он прежде уже призывал ее от сна, и она приходила, но, если честно, он не знал, нужна ли для этого его магия.

Он уже много раз путешествовал в сильфиде. Иногда неохотно. На сей раз ему очень этого хотелось. Время истекало, и ему необходимо было добраться до дворца.

Никки положила ладони на его кулаки, разместив свои пальцы поверх его. Ричард ощутил покалывающее тепло ее магии, вливающейся в браслеты на его запястьях и нагревающей их. Ощущение было решительно неприятное, но не болезненное. Он знал, что иногда магия, даже применяемая в благих целях, дает такой эффект.

Ричард закрыл глаза.

– Приди ко мне, – прошептал он. – Ты мне нужна. Приди ко мне.

Довольно долго они стояли склоняясь над колодцем сильфиды, Ричард прижимал манжеты одну к другой, руки Никки лежали поверх его рук. Прищурившись, всматриваясь в темноту, стараясь увидеть, не появилась ли уже сильфида, он видел, что каменная кладка внутренней части колодца уходит на значительную глубину, постепенно теряясь во мраке.

Он видел, что его серебряные браслеты, покрытые символами языка Творения, источают яркий желтоватый свет. Этот свет у его запястий – рожденный магией Никки или ее магией и чем-то, что она вытягивала из него, он не знал – был столь ярок, что он видел сквозь плоть кости своих запястий. Он видел и кости своих рук, и рук Никки. Этот свет падал на центральную часть купола над ними и прошивал глубину колодца, теряясь во мраке далеко внизу, словно спускаясь на поиски сильфиды.

Довольно долго они сохраняли неподвижность, едва дыша, сосредоточенные на том, что им нужна сильфида. Все это время внизу была полнейшая тишина.

Ричард почувствовал подошвами сапог щекотку, а затем пол комнаты вдруг вздрогнул. Когда дрожь усилилась, его сердце забилось быстрее. От тряски со стен посыпалась пыль. Прислушавшись, он различил в глубине колодца стремительно приближающийся звук. Мелкие камешки и песок на полу заплясали от дрожи.

Дохнувший снизу поток воздуха, выдавливаемого из колодца, внезапно приподнял волосы Ричарда и Никки. Они спешно отстранились, опасаясь, что внезапно поднявшаяся сильфида может их ударить.

Серебристая жидкость вдруг резко поднялась над стенкой колодца, угрожая выплеснуться из него, но удержалась в пределах каменной кладки, и все вдруг затихло. Рев оборвался. Грохот прекратился. В комнате снова установилась тишина.

Жидкость в колодце вспучилась в центре, образуя светоотражающий столб, более всего напоминавший расплавленное серебро. На непрестанно волнующейся поверхности соткалось лицо. Это лицо, напоминавшее лицо гладкой серебряной статуи, поднялось до уровня глаз Ричарда. Оно быстро осмотрело комнату, а затем уставилось на него.

– Ты звал меня? – обратилась к нему сильфида. Похоже, она была ничуть не рада этому.