МИ (Цикл)

Обе женщины оторвались от работы.

— Но аббатиса не собиралась беседовать с тобой, сестра Верна, — сказала сестра Улиция. — Она очень занята, и ее нельзя беспокоить по незначительным вопросам.

— Незначительным?! У меня не незначительный вопрос.

— Не следует повышать здесь голос, сестра Верна, — предупредила вторая женщина.

Верна шагнула вперед. Воздух замерцал и уплотнился. Незримый щит заслонил дверь в кабинет.

— Аббатиса занята, — повторила сестра Улиция. — Если она сочтет нужным, она сама пошлет за тобой. Положи на мой стол путевой журнал, и я передам его ей.

Стиснув зубы, Верна постаралась говорить спокойно.

— Меня понизили до послушницы. — Обе женщины разом посмотрели на нее. — Да, понизили до послушницы, хотя я выполняла указания аббатисы. Несмотря на все мои просьбы, она не позволила мне выполнить свой долг, и теперь я наказана за свое послушание. Я должна хотя бы узнать, почему это произошло.

Сестра Улиция повернулась ко второй женщине.

— Сестра Финелла, отправьте рапорт наставнице послушниц, что послушница Верна Совентрин пришла в приемную аббатисы без разрешения и без приглашения и позволила себе высказывания, неподобающие послушнице, которая надеется стать сестрой Света.

Сестра Финелла недовольно посмотрела на Верну.

— Однако, послушница Верна, в первый же день твоего вступления на путь послушания — письменное замечание! Я надеюсь, ты научишься себя вести как следует, если хочешь стать сестрой Света.

— Это все, послушница, — присовокупила сестра Улиция. — Ты свободна.

Верна повернулась к ним спиной, но, услышав щелканье пальцев, оглянулась и увидела, что сестра Улиция стучит ладонью по столу.

— Не забудь про путевой журнал. И разве так должна уходить послушница, когда сестры отпускают ее?

Верна вытащила из-за пояса черную книжицу и положила ее на стол.

— Нет, сестра, не так. — Она сделала реверанс. — Спасибо, сестры, что уделили мне внимание.

Тихонько вздохнув, Верна вышла, закрыв за собой дверь.

Она шла по залам и коридорам, опустив глаза, глядя в пол. И вдруг, свернув за угол, едва не столкнулась с кем-то. Подняв голову, она увидела того, кого не слишком надеялась увидеть.

Он улыбнулся такой родной, знакомой улыбкой.

— Верна! Какая встреча!

Совсем молодой, с пухлыми по-детски щеками, он, кажется, совсем не изменился. Разве что каштановые волнистые волосы стали чуть длиннее, а плечи чуть шире. Она с трудом удержалась, чтобы не броситься к нему на шею, и лишь приветливо склонила голову.

— Джедидия! Ты все так же красив. Так же… как прежде. Время не властно над тобой.