МИ (Цикл)

Сильный толчок отбросил многих назад. Они закричали от боли при соприкосновении со столь мощной силой магии.

Ник, который так и стоял рядом с Кэлен, тоже содрогнулся от боли и ударил копытом по голове врага справа от Кэлен. Затрещала кость, и на лицо ее попали брызги крови.

Одноглазый с благоговением смотрел на Кэлен. Он прошептал:

— Госпожа, повелевай мною!

— Защити меня! — приказала она.

Он тут же уселся поудобнее и, подняв за волосы каждой рукой по воину, отбросил их в сторону, как котят.

Правая рука Кэлен теперь была свободна, и она нанесла удар мечом еще одному, смертельно ранив его.

Одноглазый гигант с диким ревом разбрасывал воинов, как кегли. Теперь Кэлен совсем освободилась и вскочила на ноги. Надо спешить.

— Помоги мне сесть на лошадь! — велела она.

Одноглазый схватил ее за ногу одной рукой и подсадил в седло, Кэлен с размаху ударила мечом того, кто держал Ника, и он упал. Одноглазый рубил головы воинам Д’Хары своим боевым топором.

— Беги, госпожа, спасайся! — заорал он. — Орск прикроет тебя.

— Сейчас, — ответила она. — Беги сам, Орск, не позволяй им схватить себя.

Д’харианцы оставили Кэлен в покое, теперь им было не до нее, надо подумать о собственном спасении, когда одновременно нападают Орск с его топором и люди с цепью. Исповедница пришпорила Ника голыми пятками, когда подъехали Брин и Питер. Втроем они поскакали прочь.

По снежной тропе она неслась по теряющейся в тумане долине, а люди Ордена тем временем опомнились и бросились в погоню. Погибло не так уж много д’харианцев, в живых остались многие тысячи.

Питер отстегнул цепь, которой он поразил сотни врагов, и, чтобы она не болталась, обернул вокруг хомутины.

Во время этой скачки во тьме Кэлен послышался чей-то тихий смех за спиной. Она поежилась, почему-то отчетливо вспомнив, как ее целовал в шею Даркен Рал. И снова она остро ощутила свою наготу. Несмотря на холод, ее прошиб пот. Из распухшей губы текла кровь.

— Я уже и не думала, что снова увижу вас, — крикнула она.

Брин и Питер улыбнулись.

— Мы же говорили, что сделаем свое дело, — ответил Брин.

В первый раз за всю эту ночь Кэлен улыбнулась.

Тут она разглядела в тумане удалявшихся всадников на ломовых лошадях.

— Вон там тоже ваши, — сказала она. — Желаю удачи.

Брин и Питер ускакали, помахав ей на прощание. Кэлен поскакала дальше одна и вскоре нагнала тех, кто шел пешком. Сначала она заметила одного — он был ранен в ногу и не мог идти. Она знала, что ей придется оставить его здесь на снегу. Д’харианцы слишком близко, вот-вот настигнут. Увидев ее, раненый поднял голову, пытаясь встать. Он тоже знал, что она должна будет оставить его. Это ведь ее собственный приказ: держаться, или тебя оставят.