МИ (Цикл)

Проклиная все на свете, она повернула коня и галопом поскакала назад. Она вклинилась между галеанцами и д’харианцами к изумлению тех и других. Воспользовавшись замешательством, Кэлен влетела в толпу галеанцев.

— Что происходит? — закричала она. — Вы же знаете приказ? Бегите!

Воины начали уходить. Кто-то из них пытался тащить за собой чье-то мертвое тело.

— Где Слоан? — спросила Кэлен. — Ему следовало быть здесь!

Один из воинов показал на убитого. Это и был Слоан. Д’харианцы снова ринулись в атаку. Кэлен натянула поводья, и Ник встал на дыбы. Враги остановились, с опаской глядя на белую женщину на коне.

— Он уже мертв! — продолжала Кэлен, обращаясь к своим. — Оставьте его. Бегите! Да бегите же, болваны! Если хоть кто-то из вас еще хоть раз задержится, не важно из-за чего, то я заставлю вас до конца этой войны сражаться голыми. Быстрее! Кому я говорю!

Словно разбуженные ее словами, они помчались вперед, спасая свою жизнь. И снова галеанцам удалось прорваться, заставив отступить врагов, вызвав среди них замешательство.

Кэлен поняла, что сейчас она вновь должна отвлечь на себя внимание, чтобы выиграть время. Она помчалась прямо на д’харианцев, давя тех, кто оказывался на ее пути. Но не все в страхе разбегались, увидев белый призрак на боевом коне, некоторые схватились за оружие и бросились за ней. Если им удастся схватить Ника за ноги…

Пока она давила вражеских воинов и рубила их мечом, замыкающая группа галеанцев уже скрылась в тумане. «Бегите! — молила она. — Бегите быстрее». Оглянувшись в очередной раз, она уже никого не увидела.

Отбиваясь от врагов, стараясь выиграть время, чтобы дать своим уйти, Кэлен поняла, что перестала понимать, где находится. Вокруг были д’харианские воины, причем их, кажется, становилось все больше. Она слышала, как кто-то орал, подбадривая товарищей, что она, Кэлен, — никакое не привидение, а просто баба, и чтобы они не вздумали ее упустить. Кажется, никогда за всю эту ночь она не ощущала так остро свою наготу.

Д’харианцы пытались задержать Ника, и, хотя он вставал на дыбы и лягал их, место упавших занимали новые. Кэлен отрубала им руки, раскраивала черепа, наносила удары в грудь. Но по-прежнему ее со всех сторон окружали враги. Она поняла, что отбиться от них не сможет. Ясно было, что если им удастся стащить ее с коня, то ей конец, а конь уже захромал. Впервые за всю ночь она почувствовала страх. Неужели она так и погибнет в этой заснеженной долине и никогда больше не увидит Ричарда?

И снова Кэлен почувствовала боль в шее, словно в нее вонзились ледяные иглы. Болело укушенное место. Ей почудилось, что она слышит тихий смех Даркена Рала.

Все труднее становилось отбиваться от натиска д’харианцев.