МИ (Цикл)

Но я не думаю о том, чтобы наказать тебя за неповиновение. Через несколько дней мы будем во Дворце, и там я наконец избавлюсь от тебя. Пусть они сами с тобой занимаются. Посмотрим, как они будут обращаться с тобой, когда ты вызовешь их гнев. Боюсь, ты сможешь убедиться, что другие сестры не будут проявлять такого долготерпения, какое свойственно мне. Они воспользуются властью Рада-Хань. И, боюсь, они, как и я сейчас, еще пожалеют, что пытались тебе помочь.

— Мне жаль, если ты так это воспринимаешь, сестра, — произнес Ричард, не глядя на нее. — Кажется, я могу тебя понять. Но пусть я и не послушался тебя, то, что случилось сегодня, не имеет к этому отношения. Тут речь идет о борьбе за истину и справедливость. Если ты хочешь учить меня, то, надеюсь, ты твердо следуешь собственным нравственным принципам? Надеюсь также, что сестры Света не станут тратить время на тех, кто легко меняет свои убеждения в зависимости от обстоятельств. Я вовсе не хочу обидеть тебя, сестра Верна. Просто я сам не смогу себя уважать, если позволю убивать людей, а тем более — принимать в этом участие.

— Я понимаю тебя, Ричард, — сказала она, — но ничего лучшего ты создать все равно не сможешь. — Сестра оглядела их вещи, лежавшие у костра, и вытащила из седельной сумки кусок мыла. — Я приготовлю суп и лепешки. А Дю Шайю надо помыться.

— Когда эти псы держали меня на цепи, — со злостью в голосе произнесла Дю Шайю, — мне не предлагали помыться, чтобы вам нравилось, как от меня пахнет.

Сестра Верна, сидя на корточках, принялась доставать из сумки провизию.

— Я вовсе не хотела обидеть тебя. Я только думала, что тебе самой хотелось бы смыть с себя всю грязь, как напоминание о тех, кто так с тобой поступил. Будь я на твоем месте, у меня возникло бы именно такое желание.

Дю Шайю успокоилась.

— Конечно, ты говоришь правду. — Она выхватила у Ричарда мыло. — От тебя воняет этой лошадью, на которой ты ездишь верхом, — сказала она. — Ты тоже должен помыться, иначе я не захочу сидеть с тобой рядом.

Ричард засмеялся:

— Чтобы ты утихомирилась, я готов помыться.

Дю Шайю направилась к воде, а сестра Верна тихо попросила Ричарда задержаться.

— Три тысячи лет ее соплеменники убивали всех волшебников, которые попадали им в руки, — сказала она. — Сейчас не время учить тебя истории. Но от старых обычаев избавиться нелегко. Будь бдителен. Рано или поздно она попытается тебя убить.

От ее спокойного тона ему вдруг стало не по себе.

— Я постараюсь остаться в живых, сестра, — ответил он, — чтобы ты смогла доставить меня во Дворец и освободиться наконец от своей обузы.

Он повернулся и быстро зашагал к озеру, догнав в зарослях камышей Дю Шайю.

— Почему ты называешь этот наряд молитвенным платьем? — спросил он.