МИ (Цикл)

Поцеловав нож, ты благословишь их от имени духов, и они убьют пленника сами. Но ты должен быть свидетелем жертвоприношения, чтобы духи твоими глазами видели его. — Она понизила голос. — Вера этого народа темна.

Ричард с ненавистью посмотрел на нее.

— Я знаю, тебе это очень не нравится, Ричард. Но благодаря такому обычаю между нами и маженди вот уже три тысячи лет царит мир. Благодаря этому было спасено больше жизней, чем погублено. Эти болотные дикари воюют не только с маженди, но и с нами. Время от времени они совершают опустошительные набеги на земли просвещенных людей Древнего мира и на наш Дворец.

«Ничего удивительного», — подумал Ричард, но промолчал.

Сестра Верна отошла в сторону. Женщины, посланные правительницей, остановились, и две из них вышли вперед. Пожилые, дородные, осанистые, они были с ног до головы закутаны в черное, так что на виду оставались только морщинистые лица и руки. Посланница поклонилась сестре Верне:

— Приветствую тебя, о мудрая женщина. Дозорные еще вчера известили нас о твоем приближении. Мы рады, что ты пришла сейчас, когда мы должны принести жертву в честь начала работы в полях. Мы не ожидали твоего появления, но тем лучше. Теперь мы сможем получить благословение духов.

Женщина в черном внимательно оглядела Ричарда и снова повернулась к сестре Верне:

— Это и есть волшебник? Но он уже не мальчик.

— У нас во Дворце до сих пор не было взрослых учеников, — ответила Верна. — Но он — волшебник, как и все остальные.

Жрица покосилась на Ричарда.

— Однако он не так юн, чтобы давать благословение.

— Но он обладает волшебным даром. — В голосе сестры появилось беспокойство.

Жрица кивнула:

— Это так, но он уже взрослый, а потому другие не должны совершать за него его работу. Он сам должен вручить жертву духам. Такова их воля.

— Ну что ж, — вздохнула сестра Верна, — пусть будет так. Отведи его.

Женщина в черном кивнула и жестом показала Ричарду, чтобы он следовал за нею. Сестра Верна схватила его за рукав. Он ощутил неприятное покалывание под ошейником.

— Ричард, — прошептала она, — не смей размахивать топором. Ты сам не знаешь, что можешь разрушить.

Он посмотрел ей в глаза и, ничего не ответив, пошел за женщиной в черном. Пройдя по грязной улице, они свернули в узкий переулок и дошли до последнего дома. Ричарду пришлось согнуться в три погибели, чтобы войти в низкую дверь."

"Пол внутри был устлан узорчатыми коврами, но даже здесь цвета были какими-то темными и тусклыми. Обстановка ограничивалась деревянными ящиками, на которых стояли масляные лампы. У двери в коридор, завешенной таким же линялым ковром, сидели четверо воинов, по два с каждой стороны. На коленях у них лежали короткие копья с наконечниками в виде листьев. Табачный дым поднимался к потолку.