Чужой портрет (СИ)

Меня прямо все устраивает! Более чем!

— И вот еще что… — Аня задумчиво изучает меня, вздыхает, — блин… Маруся… Как бы тебе сказать помягче… Черт, не была бы ты такой не от мира сего еще! Короче, у нас тут мужиков много, санитары, медбратья, фельдшеры со скорой приезжают иногда, врачи, которые тут дежурят… А ты — девушка… Красивая очень… Короче, будут подбивать клинья. Не ведись. Поняла? Большой и чистой любви тебе тут не предложат, а вот легкий перепихон во время ночного дежурства — за милую душу. Я, конечно, со свечкой стоять не буду, но чисто по-дружески предупреждаю, не ведись, если будут что-то обещать. А то ты такой цветочек невинный…

— Не поведусь, — улыбаюсь горько, ловлю себя на этой непрошенной эмоции и торопливо стираю ее с лица, — на этот счет можешь вообще не волноваться.

— Даже так? — смотрит на меня внимательно Аня, — не цветочек, значит?

— Давно уже нет, — отворачиваюсь я, — и желания попадать под новую подошву не имею.

— Хорошо, — помедлив, кивает Аня, — ну все, вопросов нет если, работай. Мой номер у тебя есть, звони, если что. Вещи свои оставь у сестры, с собой имей только сменную одежду и мыльно-рыльные. Чтоб в комнате отдыха не было эффекта твоего присутствия.

Киваю, иду в сторону комнаты отдыха, чтоб оставить сумку и вещи, а затем звоню Ланке, рассказать, что все отлично.

Сестра, судя по голосу, снова загружена до невозможности, но за меня радуется. Думаю, в основном, потому, что не надо разбираться по моему поводу со своим скотиной-мужем. Я тоже этому рада, и на таких положительных эмоциях работаю примерно полчаса, вливаясь в процесс. По пути знакомлюсь еще с одной санитаркой, пожилой крепкой женщиной, Валентиной Михайловной.

Она ужасно радуется мне, как лишним рукам, на которые можно сгрузить хотя бы часть обязанностей.

Мы еще работаем, потом перекусываем в столовой для персонала и выходим на крылечко на пять минут подышать свежим воздухом.

Наблюдаем, как во двор заезжает здоровенный черный внедорожник, судя по всему, бронированный, весь темный настолько, что за стеклами вообще не различить пассажиров.

Открывается передняя дверь, выпуская высоченного мужчину в костюме, как две капли воды похожего на тех, что караулят возле регистратуры. Мужчина, зорко осматривает окрестности, сканирует нас с Валентиной Михайловной, а затем открывает заднюю дверь, выпуская…

Подростка!

Я с изумлением смотрю на мальчишку, лет двенадцати примерно, высокого, вихрастого, улыбчивого и очень симпатичного, как бывают симпатичны веселые хулиганистые парни. Он в широких джинсах и еще более широкой футболке с ярким принтом, виски выбриты по-модному, взгляд хитрый.

Мальчишка разворачивается к машине, что-то там копошится… И вынимает из черных кожаных недр салона ребенка.