Чужой, плохой, крылатый

И очень интересно: чем в этот раз вы будете угрожать? Жизнью моей тёти? Или посадите меня на цепь и будете пытать? Отрезать каждый день по фаланге пальца, пока я не соглашусь?

— Не думал, что до этого дойдёт, — проскрипел он сквозь зубы, криво усмехнулся. — Но, вижу, не напрасно задержался, получив у коронессы одну скромную бумагу.

Он вытащил из кармана камзола запечатанное оттиском герба Оранты письмо.

Анна протянула руку, но он обогнул её и подал письмо Сантиверре.

— Как в случае непослушания отчуждает поместье? — забыв все правила хорошего тона, рухнула она на диван. — А где же я… где же мы будем жить?

— Мина! Воды! — крикнула Анна, глядя как краска отлила от лица тёти.

Сантиверре помог сьер Пасс, во время их разговора ни проронивший ни слова. Он поднял упавшее письмо, пробежал по строкам глазами, нахмурился, передал письмо Анне.

— Вы даже хуже, чем я думал, Марлок, — покачал он головой.

И пока тётя глотала воду, словно год не пила, Анна прочитала то, что тётя уже озвучила, только выраженное многословно и витиевато. И усмехнулась.

— Жаль, что вы меня не дослушали сьер Марлок, — разорвала она бумагу пополам. — Я не могу принять ваше предложение, — сложила вместе части и разорвала их ещё раз, а потом ещё и ещё, пока в её руках не остались мелкие клочки. — Потому что вы опоздали. Всё же напрасно вы задержались ради этой никчёмной писульки.

— Опоздал? — и бровью не повёл тот на изорванную бумагу. — Прямо в траурном платье вы уже успели выскочить замуж? — снова засмеялся он."

"— Нет. Но уже приняла предложение человека, уважаемого и достойного. Чью кандидатуру не посмеет оспорить даже ваша драгоценная коронесса, — швырнула она в него клочки. — Так ей и передайте. Я выхожу замуж за сьера Пасса.

На его застывшую рожу приятно было смотреть. На то как нервно по-лягушачьи Марлок сглотнул, как попятился и обернулся к Пассу. Как Корделио отвесил ему издевательский поклон. И Мина любезно открыла дверь, как бы намекая, что он здесь более не угоден.

И Анна бы, наверно, даже улыбнулась, если бы могла.

Но она слишком хорошо понимала, какой подписала себе приговор.

Их обвенчали в маленькой семейной церкви в Южном Риксе в тёплый осенний день. Впрочем, здесь, у моря на юге все дни, даже зимние, были тёплыми. Круглый год цвели апельсиновые деревья. И живой флердоранж, что вплели в её волосы и поставили в убранстве зала, невольно наполнял душу вовсе не тоской, а весенней свежестью и лишь немного торжественной грустью.

Со стороны невесты на свадьбе были только Сантиверра и Нова. А церемонию провёл эдэлорд Дант. Маленькую скромную церемонию, как назвал её Корделио, хотя гостей было столько, что все едва поместились в церкви.