Чужой, плохой, крылатый

— Убери от меня эту дрянь, — он закашлялся, и тут же почувствовал и во рту жуткий вкус свежей крови. Всё же лёгкое ему прострелили. — Надо было просто дать мне умереть. Какого хрена ты устроила?"

"— Да я тебе и не мешала, просто обеспечила комфортные для этого условия. Не хотелось оставлять тебя в чистом поле, — хмыкнула она. — Только ваша живучесть в этот раз сдохнуть не изволили. Хоть Марлок и постарался, чтобы ты вернулся нескоро. А, по его мнению, наверное, никогда.

— Марлок? — он на всякий случай покрутил шеей. А то это ""никогда"" наталкивало на определённые мысли. Но шея вроде цела.

— Добрый Марлок нанял палача. И повозка, что должна была везти тебя раненого домой, довезла бы тебя отдельно от головы.

Значит, с ""никогда"" Бесс действительно не ошибся.

— А ты меня спасла?

— Можно и так сказать. Но больше Пасс. Тем, что поверил мне и помог.

— Куда же мы едем?

— В замок корона Пелеславии. Но там ты уже без меня. У твоего брата полно знаев и ""незнаев"", блажниц он не жалует. А ещё там тебя ждёт перепуганная до усрачки коронесса. Ей сказали, что ты получил пулю в грудь.

Она постучала по крыше. Маленькая карета остановилась.

— Поправляйся, Бесс, — легко спрыгнула Нова наружу, куда-то в темноту.

— Кабы ты была не блажница, — приподнялся он, скользя глазами по её стройной фигурке, подсвеченной луной.

— Кабы ты не демон, — улыбнулась она.

— Встретимся? — он снова закашлялся, поморщился от боли.

— Обязательно, Бесс. Куда ты без меня?

— Спасибо, Нова!

— Не обольщайся, демон. Я не ради тебя. Ради будущей Анны Непокорной. Первой в своём роду. Той, что никогда не сдаётся. Падёт, но встанет. Спасёт, но погубит. Той, что потеряет так много, прежде чем обрести.

— Той, что никогда меня не простит, — горько усмехнулся он.

— Ты всё правильно сделал, Бесс.

— А ты?

— А я спасла тебя для неё. Увидимся, когда придёт время, — хлопнула она дверью. Снова постучала. И карета поехала.

— Увидимся, — он лёг, потрогал мокрую от крови повязку и достал из кармана булавку, что снял с груди той, что ему всё равно не забыть.

Анна Непокорная, улыбнулся он.

Та, что никогда не сдаётся.

Глава 17. Анна

Она стояла на кладбище, глядя на безжизненное, бледное лицо Ригго и кроме этого любимого лица больше ничего не видела.

Всё остальное сейчас было неважно. Этот дождь, что оставлял на его красивом лбу мелкие капли, в её жизни ещё случится сотни раз. Эта осень, что наступила так внезапно, для неё ещё наступит. Все эти люди, что стояли безмолвно и сиротливо. Все они живы, все они ещё будут. А Ригг — нет.

Больше никогда она не увидит его зелёных как морская вода глаз. Этот рыжий пушок на его щеках, что он не сбривал, чтобы казаться старше, никогда не станет настоящей густой щетиной.