Чужой муж

Согласился – и не только на коньячок…

* * *Тесть сказал: глаз с нее не спускайте! Он хорошо знал свою дочь, такую своевольную, избалованную, злопамятную!

Надо было сразу, около машины, отнять у нее ребенка и запереть в спальне. Вместо этого Родион так растерялся, что позволил ей самой войти в дом, зайти в свою комнату с Кирой на руках. Да еще и чемоданы туда внес… Хотел как лучше! Хотел помягче! Хотел загладить свою вину! И что получил? Лиля просто вытолкнула его из комнаты – и повернула ключ в замке. А Родион и новая няня, эта Римма-надзирательница, – остались, как идиоты, в коридоре и только и могли, что долдонить, как попугаи:

– Лиля, открой!

– Откройте, Лилия Михайловна!

Так прошло два дня, и вот Родион заметил, что Кира почти беспрестанно плачет. Раньше она, конечно, тоже плакала, однако сразу умолкала: видимо, когда Лиля ее кормила. А тут плачет и плачет…

– Молока не хватает, – сказала Римма, которая, похоже, и впрямь была опытной в обращении с детьми. И позвонила в молочную кухню, чтобы привезли бутылочки.

Родион метался под дверью, просил, умолял, бранился… Лиля не отвечала.

Наконец привезли питание для ребенка, и Римма появилась в коридоре.

– Сейчас откроет, вот увидите, – шепнула чуть слышно и постучала в дверь, – Лилия Михайловна! Девочка плачет, потому что голодная. Очевидно, у вас не хватает молока!

Родион не поверил ушам. Проскрежетал ключ в замке! Дверь открылась!

Лиля испуганно смотрела на Римму.

А та спокойно сказала:

– Моя дорогая, с молочной кухни привезли детское питание. Давайте девочку, я покормлю.

Лиля растерянно смотрела на нее. Наверное, надо было бы попросить принести питание сюда, покормить самой… Но она так устала! Руки болели все время держать на руках Киру, укачивать. Прилечь бы хоть на часок!

Она, как во сне, отдала ребенка няне.

Как ни странно, Кира мигом перестала плакать…

Лиля немного успокоилась. Да, без няни трудно, конечно. Ладно, пусть эта женщина покормит ребенка, потом можно подумать, что делать. А теперь – поспать! У Лили мутилось в голове и от усталости, и от потрясения, которое пришлось пережить.

Няня ушла, а Родион остался!

Что он, с ума сошел?!

– Так, уходи отсюда! – крикнула Лиля, пытаясь открыть дверь.

Родион захлопнул ее:

– Ты что? Подожди…

Попытался обнять ее, но Лиля вырвалась и закричала:

– Камышев, уходи! Уходи из этого дома. Или я уйду.

– Успокойся, – шептал он, – успокойся.

– Уходи! – упрямо повторяла Лиля. – И вместе мы жить не будем!

– Лиля, ну что такое ты говоришь! – Родион стиснул ее в объятиях, прижал к себе: – Выслушай меня, я тебя прошу.

– Не трогай меня! – Лиля упорно пыталась вырваться.

– Лиля, успокойся, ну зачем ты мучаешь и меня, и себя? – взмолился Камышев.