Солдат чужой войны

– Вы получаете новые координаты – переход срочный! Группировка противника возвращается к Пандину!

Далее послышался щелчок и уже не касающиеся Комэта прерывистые сигналы – в компьютер крейсера загружалась новая задача Вся урайская группировка начала менять свои построения, создавая кулак на самом опасном направлении, однако неожиданно на голубой луне Пандина сверкнула ярчайшая вспышка, которая едва не расколола естественный спутник планеты. Это сработал гиперлазер с ядерной накачкой, который одним ударом пропорол бок эрцкрейсера «Эдхут».

Одновременно с этим активизировались и стали атаковать все близлежащие цели, прятавшиеся в астероидном поясе противокорабельные ракеты.

Передислокация была тут же сорвана, и штаб группировки какое-то время пребывал в полной растерянности. Между тем соединение противника продолжало двигаться к Пандину, и считавшийся уже списанным старсейвер «Хоккайдо» теперь казался штабникам смертельно опасным.

Было принято решение отойти и дать противнику спокойно эвакуироваться.

– Так я и знал. Болваны! – вслух произнес Комэт, получив приказ об отходе.

Складывающаяся в течение последних суток ситуация здорово нервировала Ника, и всему виной было поведение майора Бусса. Ламберту и в голову не приходило, что офицер флота ОАМ может вести себя как независимая держава. Независимая от приказов и воинского устава.

Не дожидаясь, когда кто-то начнет угрожать конвою грузовых судов, Бусс спускал своих цепных псов – «интерфайтеров», и они уходили на свободную охоту, поскольку, по словам самого майора, в этом районе водились только сволочи, то есть суда, принадлежавшие Треугольнику,

«Интерфайтеры» рыскали по округе и несколько раз «приводили пленных» – захваченные корабли, предположительно принадлежащие Треугольнику.

Если принадлежность к этому образованию не вызывали сомнения, крейсер расстреливал судно из пушек, если же возникали какие-то сомнения, судно все равно расстреливалось, но предварительно, из гуманных соображений, с него снимали экипаж.

Все свои действия Бусс, считавший себя лучшим другом Ника Ламберта, сопровождал подробными комментариями, которые разносились по всему грузовику с помощью громкой связи.

После этих варварских шоу Ламберт был просто уверен, что бандиты с Треугольника разобьют вдребезги все, что будет напоминать им об этом конвое. А майора Бусса он теперь считал законченным сумасшедшим и понимал, что никакой помощи от него ждать не следует.

Майор должен был непременно погибнуть в собственной дурацкой войне, но что в этой ситуации можно было сделать для собственного спасения, Ламберт не мог себе представить. Бусс уже все испортил и продолжал усугублять ситуацию.