Солдат чужой войны

Вот вздрогнул первый перехватчик и, потеряв кусок стабилизатора, резко взял в сторону, уходя вместе с ведомым.

Истребители сделали большой разворот, чтобы осторожно добить шаттл, однако к ним на полной тяге уже спешила четверка сердитых «браво».

Перехватчики оставили шаттл в покое и убрались восвояси.

Предчувствие какой-то скрытой западни не ослабевало ни на минуту и особенно обострилось, когда полковник Комэт получил приказ закрыть имевшуюся брешь на орбите Пандина.

Казалось бы, чего еще желать – старсейвер «Хоккайдо» с повреждениями отошел на безопасное расстояние, с ним оттянулись и ракетно-артиллерийские крейсеры. Ушли авианосцы – эти осиные гнезда с их вечно озлобленными обитателями. Все было похоже на неминуемую победу – никто не мог вырваться с Пандина, но Комэт чувствовал какой-то подвох.

Он связывался с судами-соседями, он загонял собственных разведчиков однако все вокруг было чисто, а справа от него, закрывая собой почти всю голубую луну Пандина, доминировал эрцкрейсер «Эдхут».

На поверхности планеты еще шли бои, и заблокированные ВВС противника отважно сопротивлялись, но время шло уже на минуты, и все ждали объявления о капитуляции примаров.

Приходившие снизу доклады подтверждали: подразделения противника сворачивались и организованно отходили на эвакуационные площадки. Урайские войска пытались их преследовать, но неизменно попадали в засады и на минные поля. После этого оперативный отдел штаба, отдал приказ не преследовать, противника – все равно ему некуда деться.

Комэт не верил в легкую победу и поскольку был хорошо знаком с коварством и находчивостью примаров. Поэтому всех свободных от вахты он посадил за терминалы, и офицеры раз за разом обрабатывали показания радаров и сканерных панелей.

Они проверяли работу программ, действие всего комплекса разведки, а также выводы предыдущих проверяющих.

Комэт прекрасно понимал, что о нем думают его подчиненные, но просто ждать, когда тревога не дает ему думать ни о чем другом, полковник не мог.

– Прошу прощения, сэр, – произнес капитан Цверн и поднял руку, словно школьник. Он тоже работал наравне со всеми. – Мне кажется странным поведение астероидного пояса…

– Чего же в нем странного? Текут себе камушки и текут…

– Дело в том, сэр, что частота колебания осколков находится в определенном диапазоне, но… есть отдельные элементы, у которых частотные характеристики совершенно другие.

– Покажите, – недовольно бросил полковник и подошел к терминалу, за которым сидел Цверн. Однако ничего увидеть он не успел, поскольку пришел экстренный вызов оперативного дежурного. – Крейсер «Санджин» на связи, – ответил Комэт.