Чужой спор

И это на весь мир! А высших ледяных… Это и вовсе редкий экземпляр. Реже него только нормальные, адекватные, с правильной ориентацией, свободные, богатые, умные, красивые, ответственные, с чувством юмора и… В общем, да. Проще уж ледяного высшего отыскать. Они хоть существуют, как показала нам практика.

— И откуда он только у нас? — пробормотала я с досадой.

В карете повисла тишина. Я не знала, о чём всё время думала тётушка, но в результате она с тихой тоской проговорила:

— А если меня больше не будут приглашать на приёмы и балы? Если посчитают твоё поведение настолько неприемлемым, что не захотят меня видеть? Ох, Ани… Как же я тогда?

Я же лишь промолчала в ответ. А что тут было сказать?

Высший, если захотел бы, то и жизни меня мог лишить. И даже король ему не возразил бы. С драконами, в особенности с ледяными, у нас никогда не ссорились.

Нечто похожее, видимо, пришло и в голову тёти.

— Дорогая моя, не смей и смотреть в сторону драконов! Тем более высших! Это плохая идея. Очень-очень плохая. Ужасная. Ани, ты меня слышишь? Даже думать о них не смей, не то, что подходить к ним когда-либо ещё!

— И не собиралась, — заверила я в ответ, вновь отворачиваясь к окну.

Глава 7. Мы её забираем

Отчего-то мне всё вспоминалось вспыхнувшее кольцо на пальце у ледяного. «Артефакт переноса… Надо же», — думала я, поскольку давно мечтала создать нечто похожее. Мне было известно лишь несколько человек, что изготавливали такое. Впрочем, у высшего, должно быть, то был древний артефакт, и создал его драконий мастер.

«Вот бы мне посмотреть на кольце поближе! А ещё можно разобрать его, чтобы тщательно изучить схему заклинаний и взаимодействий…» — рассуждала я и, едва представив подобную картинку, расплылась в мечтательной улыбке.

Жаль только тётушка поняла всё не так.

— Анабель! Даже не думай!

И она отрезвляюще стукнула меня костяным веером по рукам.

Дёрнувшись, я выплыла из грёз и, потирая ладони, поморщилась от боли.

— Анабель. — Родственница строго взглянула на меня. — И думать не смей о драконах. Тем более о высших. Поняла?

— Вообще о них не думаю, — вяло отозвалась я, отворачиваясь обратно к окну.

Мне нестерпимо хотелось подтянуть колени к подбородку и обнять их руками. Была у меня такая детская привычка, сидеть и мечтать о разном. В особенности она проявлялась зимними вечерами, когда я устраивалась на подоконнике своей комнаты.

Впрочем, мне пришлось удержаться от подобного при тётушке. Тихонечко вздохнув, чтобы она не услышала, я продолжила любоваться праздничными огнями столицы.

В какой-то момент карета вздрогнула и остановилась, а нас ощутимо тряхнуло. Мы недоумевающе переглянулись и принялись с любопытством ждать прояснения ситуации.

На улицы послышались мужские голоса, среди которых я различила голос нашего кучера.