Мама для чужого сына

Мне от одного звука становится не по себе.

– Ничего не понял, она время перепутала?

– Да, – Федор запускает пальцы в густые волнистые волосы. – Сапсан отходит не в пятнадцать часов, а в тринадцать. А уже полдень! Ну мы спать с тобой горазды, Джо. – Обреченно вздыхает он. – Что теперь делать? Мы не успеем собраться, доехать… Черт, не надо было пить!

– Федь, я в душ. А ты купи мне авиабилет на ближайший рейс до Питера. Я встречу ее там.

– В Питере? – Федька округляет глаза.

– А есть вариант? Я не хочу присоединяться к отряду… как их там… – щелкаю пальцами.

– Всех глупцов мира. – Улыбается Федор. – Успеешь, Джо. Лететь всего полтора часа, а поезд идет все четыре. Ты и кофе там выпить успеешь, ожидая нашу несносную Беккер. Ну… беги в душ. И зубы почисти два раза, перегаром несет.

– Иди ты!

Если бы не Федька, не знаю, как я все успел… Он бронирует билет на ближайший рейс, убирает квартиру, моет полы на кухне, складывает бутылки в пакет для мусора. Сразу видно – дисциплинированный муж и хороший друг. Чувствую укол совести, заставая Федьку со шваброй.

– Ничего не говори, – опережает меня он. – Это… ерунда все. Одевайся, а я вызову такси и закрою квартиру.

Боже, за что мне такие подарки судьбы? Друзья, от чьих поступков в груди собирается тугой ком? Мысли летают в голове, как пчелы: как все предусмотреть и не облажаться? А если по дороге к Московскому вокзалу в Питере случится авария? Или вылет задержат? Что бы ни случилось, я найду Лику, потому что не хочу быть «глупцом, просравшим свое счастье».

Судьба мне сегодня особенно благоволит: такси приезжает вовремя, а самолет вылетает без задержек. Прохладный питерский воздух врывается в легкие. Бегло всматриваюсь в циферблат часов. У меня еще есть время выпить кофе – как Федька и говорил. Скоро я увижу ее, мою Энджи… Обниму, вдохну аромат волос и пиона, коснусь нежной тонкой кожи, почувствую миндальный вкус ее губ… Мечты плещутся в сердце, как золотые рыбки в пруду, разгоняют кровь до запредельной скорости. Мерю шагами перрон Московского вокзала, отсчитывая секунды до приезда поезда. Не знаю, в каком вагоне едет Лика, но и звонить ей не решаюсь: пусть будет сюрприз. Кажется, за эти полчаса я пропитался запахами вокзала: машинное масло, сигаретный дым, влажная дорожная пыль, раскаленный металл… Плевать – я готов ждать ее вечно. Осознание опускается на плечи мягкой шалью, накрывает, даря неповторимое ощущение уюта. Дома. Потому что мой дом – Лика…"

"Поезд вклинивается в пространство так громко и резко, что замирает дух. Зажмуриваюсь, глубоко вдыхаю пыльный воздух и напряженно всматриваюсь в людскую толпу… Первый вагон, второй, третий… Бегу, не разбирая дороги и не видя Лику... Переключаю взгляд с чужих, незнакомых лиц на окна поезда… Энджи нет.