Мама для чужого сына

Идея отправила в Питер исполнительного директора Тихона Боровицкого, по-простому говоря – Борова. Хороший, кстати, мужик. Понимающий, добрый. Уверена, он войдет в положение матери-одиночки Анжелы Пироговой.

– Я рада, Уль. Хорошо, что все так складывается.

«Хорошо, что я уеду и больше никогда его не увижу… Не увижу глазки-пуговки малыша Мэя, не прижму кроху к груди. Одно радует – я больше не увижу Виктора»."

"– Если ты не уверена – оставайся. Слышишь, Лика? Борись, если есть хоть крохотная надежда на лучшее. Может, ты все-таки поедешь и поговоришь с Джо? Я ведь даже не знала, кто он! Пока не увидела пост Златопольской. Не думала, что ты знакома с таким крутым чуваком.

– Нет, Уль. Теперь пускай он ищет способ… разрулить это все. В конце концов, он мужчина.

– И крутой чувачелло!

– Иди в баню!

Все, наконец, устаканивается в моей жизни. Есть только я… Я и мой малыш. Буду учиться еще усерднее, работать на радио, заниматься с Ксенией Ивановной постановкой голоса. Может, и на курсы дикторов пойду! А, почему, собственно, нет? Надо стать на учет в женскую консультацию, витамины для беременных купить. Что еще? Книги какие-то научные о беременности. О главном я успела позабыть – надо подать на развод с Ольшанским и успеть развестись до того, как пузо начнет лезть на лоб. Иначе мне несдобровать – Виктор найдет способ забрать ребенка. Сколько же мне предстоит хлопот! Ничего, Личка, ты справишься. У тебя есть Улька, Варька Горностай и Глеб Сомов. Есть ты сама… Красивая, умная – что бы там ни говорили всякие потрепанные английские аристократы!

Прыгаю из вагона метро и спешно бреду к университету. Куратор будет доволен – в рюкзаке покоятся рефераты, тетрадки с тезисами, флешки с таблицами. Хорошо, что я выбрала не международную экономику, а всего лишь прикладную. Хотя… Один фиг – по профессии работать я не буду. Мечтаю озвучивать зарубежные блокбастеры и когда-то ощутить под каблуками дорогущих туфель ворс красной дорожки…

«– Оскар за лучшую женскую озвучку получает Анжелика Беккер!»

Ладони приятно холодит тяжесть металла, а глаза слепит блеск золота или хрусталя. Или чего там, не знаю? Надо будет посмотреть в Гугле, из чего статуэтки делают? Погруженная в мечты, я тихонько ступаю по дорожке, ведущей к главному корпусу. Смотрю под ноги – на мелькающие носки белоснежных кедов, вспархиваю по ступенькам, взмахиваю рукой, чтобы коснуться массивной металлической ручки входной двери, и замираю… Плечо, словно клешни, сжимают крепкие мужские пальцы. Меня оттягивают в сторону и рычат в самое ухо:

– Попалась, Анжелика Ольшанская? Добегалась?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 25.

Лика.