Я! Еду! Домой! От чужих берегов

И теперь я уже никому не рекомендую смотреть на ее субтильность и полудетское лицо – можно очень сильно просчитаться.

– Скажи мне,– заговорила она,– это нормально, что мы вот так начали по ним стрелять? Они ведь совсем не ожидали.

– А что, надо было дать им сперва понять, что мы будем стрелять? – вместо ответа спросил я.

– Нет, но… Они же ничего не делали плохого вроде бы…

– Верно,– кивнул я,– пока не делали. А как ты думаешь, они собирались делать плохое или нет?

– Да, но…

– Что? А если бы они уже начали делать нам плохо – мы бы отбились?

– А если бы не начали? – парировала она.

– А ты сама в это веришь?

Дрика задумалась. Глубоко, минут на пять, я даже подумал, что она уже не ответит, хотя бы из принципа. Но она ответила:

– Нет, не верю.

– Значит, мы все сделали правильно – это был наш единственный шанс. Остается надеяться, что никто не прилетит следом в Ла-Порт: мы сдуру назвали место точно, где нас искать. И в навигаторе «сессны» координаты остались, я же не стирал ничего.

– И что делать? – заметно всполошилась она.

– Быстро оттуда сваливать. Очень быстро, не теряя ни минуты.

– А получится?

– Должно получиться. Кстати, что там в салоне лежит, успела глянуть?

– Нет, даже не сообразила.

Центровка центровкой, но любопытство тоже вызывает беспокойство.

– Посмотреть? – сразу предложила она.

– Если нетрудно.

– Нетрудно.

Везет. А я бы застрял. А она вот раз – и уже в пассажирском салоне. Шуршание разворачиваемого брезента, шорох синтетической ткани, вжикание «молний». Затем ее голос:

– Здесь автоматы, десять штук. Пять длинных и пять совсем коротких.

– Это каких? – оживился я, нажал кнопку автопилота и сам взгромоздился коленями на сиденье, обернувшись назад.

Она показала на разложенное по полу оружие. Точно, пяток М-16А2 и еще пять коротких «коммандо». Все с виду новое, но модели устаревшие, с несъемной рукояткой, явно со складов резерва. Были запасные магазины, целая сумка, были и патроны. Интересно, что там в багажнике? Большие сумки в отсеке, отгороженном от салона сеткой из широких синтетических лент, способных выдержать любую нагрузку.

Дрика вскарабкалась на заднее сиденье, покопошилась, сопя и, кажется, время от времени ругаясь по-фламандски, затем сказала:

– Патроны, во всех сумках, в таких же пластиковых упаковках, как у нас.

– Неплохо…– сказал я и одновременно с этим почувствовал, как жаба захлестнула щупальцами горло. Тут весь самолет таким добром нагружен, на полную нагрузку, это очень много. На это мы точно могли бы где-то выменять… чем черт не шутит, солярку и рейс до заброшенной марины, например. Маркус все же поколебал мою железобетонную уверенность в том, что нам надо лететь. Десять автоматов, куча патронов. Капитал. Настоящий капитал, пусть и не в Уичите, штат Канзас.