Чужие степи — часть третья

— Мужики, давайте по нормальному, есть задача, её нужно выполнить. Это понятно? — положив стойку на стол, я собрался уже уходить, дабы не провоцировать дальнейшие развитие конфликта.

— Да пошёл ты... — подтверждая мои опасения, ухмыльнулся тот что выполнял у них роль заводилы, плешивенький мужичек с золотой фиксой во рту и много раз поломанным носом. Летом он на полях работал, а сейчас вот тут, примусы починяет.

— Слышь, товарищ, — сохраняя остатки спокойствия, развернулся я. — Ты бы не дерзил, а сделал... Пока по-хорошему прошу. Пожалуйста.

Но тот меня даже не дослушал, моментально скорчился, и схватив со стола кухонный нож, бросился вперёд. Точнее хотел броситься, но даже встать толком не успел, я как стоял перед ним, так и заехал сапогом ему прямо в морду. Он хрюкнул, кувыркнулся назад себя, словно куль с навозом, и затих.

Ожидая продолжения, я потянулся за револьвером, но остальные, почему-то, даже не пошевелились. Словно и не произошло ничего.

— Ты стойку-то оставь, завтра с утра займёмся. Сегодня генератор не заведём никак, барахлит чего-то... — неожиданно разродился один из них. Имени я его не помнил, но жил он, вроде бы, где-то недалеко от школы и мы частенько пересекались.

— А сразу нельзя было сказать?

— Ну вот так вот... — мой собеседник развёл руками, и шмыгнул носом.

А я, нимало удивленный таким поворотом, развернулся, и вышел на улицу.

Вот с чего такое отношение? — Не понятно. Ладно бы я чем-то насолил бы этому человеку, или вел себя как-нибудь не так. Но ведь нет, я и не знал его толком. И не пьяный, может обкуренный?

Хотя наркотиков в селе отродясь не бывало, — во всяком случае в том смысле какой вкладывается в это слово, но вот траву маленько выращивали. Тихонько, для себя, в уголке где-нибудь. Но сколько той травы выкурить надо, что так «поехать»? Ну и остальные? Их-то поведение, чем можно объяснить?"

"Покинув с такими невеселыми мыслями мастерскую, я сел в машину. На улице слегка похолодало, но рассчитывая быстро вернуться, мотор я не глушил, поэтому сел уже в порядком протопленный салон.

«Отмыть бы его» — подумалось в который раз. Пока машина была холодная, ещё терпимо было, грязновато конечно, но без посторонних ароматов, а сейчас воняло чем-то, даже не скажу чем. Дрянью какой-то.

Развернувшись меж сугробов, я тихонько поехал обратно, до вечернего мероприятия хотелось побывать дома.

Внизу, перед ведущей к реке развилкой стояли две женщины, раньше обе работали в городе, а сейчас помогали в школьной столовой. Я был с ними знаком ещё до всего; постоянно здоровался, они о чем-то спрашивали, шутили даже иногда. Но сейчас, едва завидев мой транспорт, почему-то дружно отвернулись.