Чужестранка. Книги 1-14

Он бросил быстрый взгляд в мою сторону, желая знать, слышала ли я слова принца, и, поняв, что, разумеется, слышала, снова посмотрел на его высочество:

— Это всего лишь царапина, ваше высочество.

— Покажите мне. — Слова принца звучали обыденно, но, несомненно, являлись приказом, и грязный плед был немедленно снят.

Складки темного пледа были почти черными с внутренней стороны. Рубашка под ним — в крови от подмышек до самого низа. Там, где кровь начала подсыхать, образовывались бляшки коричневого цвета.

Дав моему солдату с черепным ранением немного отдохнуть, я подошла и приподняла рубашку Джейми. Несмотря на большое количество крови, я знала, что рана неопасна. Он стоял словно скала, и кровь уже не текла.

Это был скользящий сабельный удар, нацеленный в ребра. Ему повезло. Если бы удар пришелся прямо, сабля вошла бы глубоко в тело между ребрами. А так — неглубокий порез кожи длиной в восемь дюймов. Сейчас, когда тонкий срез кожи отошел от тела, снова потекла кровь. Здесь требуется всего лишь наложить несколько швов, и если бы не эта вечная опасность инфекции, ранение можно было бы считать легким.

Повернувшись, чтобы сказать об этом его высочеству я застыла на месте, удивленная выражением его лица.

Какую-то долю секунды мне казалось, что его высочеству, непривычному к виду крови, стало дурно от того, что ему довелось только что увидеть. Ведь даже многие опытные сестры, сняв повязку с раны, не выдерживали и выскакивали на улицу, где их начинало рвать. Но вскоре они возвращались и уже спокойно продолжали обрабатывать рану. Ранения, полученные в бою, выглядят особенно страшно."

"Но здесь было что-то другое. Не являясь прирожденным воином, Карл тем не менее был ранен и истекал кровью, как Джейми, в возрасте четырнадцати лет в его первом сражении при Гаэте. Нет, решила я, заметив, что принц успокоился. Его не может испугать вид ран или крови.

Дело в том, что в данном случае перед ним стоял не какой-нибудь батрак или пастух, не какой-нибудь безымянный подданный, чей долг был сражаться за дело Стюартов. Джейми был его друг. И я подумала, что именно рана Джейми напомнила ему об этом. Ведь Джейми пролил свою кровь, выполняя его, Карла, приказ; люди пострадали в борьбе за его дело. Не удивительно, если осознание этого факта глубоко потрясло принца.

Он долго смотрел на раненый бок Джейми. Затем поднял глаза и встретился с ним взглядом. Он схватил Джейми за руку и, склонив перед ним голову, тихо сказал:

— Спасибо.

В какой-то момент мне показалось, что, вероятно, из него может получиться король.

На отлогом склоне за церковью по приказу его высочества была установлена палатка — последняя обитель павших в этом сражении.