Чужестранка. Книги 1-14

Однако редко когда удается узнать абсолютно все, мадонна.

Я смотрела на дрожащие капельки ртути, стараясь составить полную картину из обрывочных сведений. До Джейми тоже дошел слух, что посредничество Сандрин-гема касается не только торговли. На самом деле визит герцога означает возможность заключить соглашение между Францией и Англией. Вероятно, также речь пойдет о Брюсселе. И если Людовик вел секретные переговоры с Англией, с целью добиться поддержки его вторжения в Брюссель, то что будет вынужден предпринять Филипп Испанский, если бедный кузен предоставит ему возможность надолго отвлечь внимание англичан от заморской торговли?

— Три бурбонских кузена, — бормотал Раймон себе под нос. Он подгонял капельки ртути одну к другой, и они, как по волшебству, сливались в единое целое. — Кровь у них одна, а интересы?

Палец снова ударил по лужице, и блестящие шарики снова раскатились в разных направлениях.

— Я думаю, что разные, мадонна, — спокойно досказал Раймон.

— Понимаю. — Я глубоко вздохнула. — А что вы думаете об этом новом партнерстве Карла Стюарта с графом Сент-Жерменом?

Лягушачья улыбка стала еще шире.

— Я слышал, что его высочество последние дни частенько наведывается в доки поговорить со своим новым партнером. Он посматривает на корабли, стоящие на якоре, такие красивые и быстрые… но такие дорогие. Земля Шотландии все-таки за морем, не так ли?

— Да, это так, — ответила я. Луч света вспыхнул на ртутных шариках, напомнив мне о том, что солнце клонится к закату. Мне было пора уходить. — Спасибо, — поблагодарила я. — Вы пришлете мне весточку, если что-нибудь еще услышите?

Он грациозно склонил большую голову, при этом волосы заблестели на солнце, как ртуть, затем резко откинул ее назад.

— Не трогайте ртуть, мадонна! — закричал он, едва я наклонилась, чтобы откатить шарик, попавший на мой край стола. — Она немедленно соединяется с любым металлом, к которому прикасается. — Он перегнулся через стол и собрал ртутные шарики. — Вы же не хотите испортить такие красивые кольца.

— Вы правы, — ответила я. — Никогда не забуду, как вы помогли мне. Больше никто не пытался меня отравить. Не думаю, чтоб вы, и Джейми тоже, позволили бы сжечь меня за колдовство на площади Бастилии.

Я говорила спокойно, но воспоминания о ворах и тюрьме Крэйнсмуир были еще свежи.

— Конечно нет, — сказал он с достоинством. — В Париже никто не был сожжен за колдовство за последние… по крайней мере лет двадцать. Здесь вы в полной безопасности. Пока не убьете кого-нибудь, — добавил он.

— Буду стараться, — пообещала я и поднялась, чтобы уйти.

Фергюс без труда нашел мне экипаж, и всю недолгую дорогу до Хоукинсов я размышляла о полученных сведениях.