Чужестранка. Книги 1-14

– Я и без того не сомневался в судьбе моего брата, – со вздохом сказал Роулингс. – Но это окончательно меня убедило. Наш отец тоже был доктором и подарил нам эти саквояжи, когда мы начали практиковать.

До меня дошло.

– Хотите сказать, вы были близнецами?

– Да. – Он удивился, что я не знала этого. – Мама всегда различала нас, но остальным это редко удавалось.

Я смотрела на него, и на сердце становилось теплее и вместе с тем тревожней. Разумеется, читая дневник Дэниела Роулингса, я мысленно нарисовала его портрет, но внезапная встреча лицом к лицу меня почти напугала.

Джейми с недоумением поднял брови. Я кашлянула, заливаясь румянцем, он хмыкнул, взял колоду карт, и они с Хэмишем ушли.

– Вам нужно что-нибудь из медицинских принадлежностей? – покраснев, спросил доктор Роулингс. – Лекарств у меня мало, но некоторых инструментов по два и довольно много скальпелей. Сочту за честь, если вы…

От столь любезного предложения моя тревога растворилась.

– Быть может, у вас есть пинцеты? То есть маленькие хирургические щипцы.

– Разумеется. – Он достал ящичек и принялся ворошить инструменты в поисках щипцов. Заметив нечто необычное, я спросила:

– Что это?

– Jugum penis, – пояснил Роулингс, сильно покраснев.

– Похоже на медвежий капкан. Для чего он? Вряд ли для того, чтобы проводить обрезание. – Я взяла вещицу, отчего доктор Роулингс поперхнулся. Я удивленно посмотрела на него.

– Это… м-м… пожалуйста, дражайшая леди… – Он практически выхватил у меня из рук странный предмет и сунул обратно в ящик.

– Для чего это используют? – спросила я, скорее изумленная, чем обиженная его реакцией. – Судя по названию он, очевидно…

– Он предотвращает ночные… э-э… набухания. – Лицо доктора стало нездорового темно-красного цвета.

– Да, я представляю, как он может действовать.

Предмет состоял из двух металлических концентрических кругов, внешний был подвижным, с заходящими друг на друга концами и механизмом, при помощи которого круг можно уменьшать. На внутреннем круге имелись зубчики, словно на медвежьем капкане. Стало ясно, что его надевали на мягкий пенис, чтобы тот оставался в подобном состоянии.

Я откашлялась и спросила:

– Зачем он?

Смущение Роулингса переросло в потрясение.

– Но… ведь… ведь потеря мужской эссенции подрывает силы. Наносит ущерб здоровью и вызывает у мужчины различные заболевания, серьезно ухудшает умственные и духовные качества.

– Какое счастье, что моему мужу об этом не сказали.

Роулингс возмущенно посмотрел на меня, но прежде чем обсуждение приняло еще более неподобающее направление, нас отвлек шум снаружи. Воспользовавшись случаем, Роулингс закрыл саквояж, поспешно повесил его на плечо и следом за мной вышел из палатки.

Через лагерь шла небольшая процессия.