Чужестранка. Книги 1-14

 – Здесь, в этой глухомани, ты хотел сказать? Или здесь, сражаясь против короля? – Голубые глаза в упор посмотрели на Джейми. Взгляд был так похож на его собственный, что Джейми улыбнулся.

– Может, второй вопрос является ответом на первый?

Хэмиш слабо улыбнулся ему в ответ.

– Так и есть. Ты всегда был быстр, как колибри, Шеймус. И телом, и умом.

Поняв по выражению моего лица, что я соображаю хуже, он повернулся ко мне.

– Это войска короля убили моего дядю, это солдаты короля сражались с людьми клана, опустошали земли, заставили женщин и детей голодать. Это они разрушили мой дом и превратили меня в изгнанника, это из-за них половина оставшихся у меня людей умерла от холода, голода и болезней.

Его глаза яростно сверкали.

– Мне было одиннадцать, когда они пришли в замок и выгнали нас. А в двенадцать лет меня заставили принесли клятву королю – мол, я уже достаточно взрослый. – Он повернулся к Джейми. – Тебя тоже заставили поклясться, Шеймус?

– Да. Но данная под принуждением клятва не может связать человека или не позволить ему узнать о своих правах, – негромко сказал Джейми.

Хэмиш протянул руку, и Джейми ее пожал, хотя друг на друга они не смотрели.

– Нет, не может, – убежденно заявил Хэмиш.

Я знала, что оба думают о фразе из этой клятвы: «Пусть упокоюсь я в неосвященной могиле, навек разлученный с друзьями и близкими». А еще они – как и я – думают о том, что, скорее всего, им этого не миновать.

Мне тоже.

Я откашлялась."

"– А остальные? Горцы-лоялисты? – спросила я, припомнив многих из тех, с кем познакомилась в Северной Каролине.

Хэмиш смотрел в огонь, и сполохи костра бросали тени на его лицо.

– Хотя они сражались храбро, их сердце умерло. Теперь они хотят лишь мира, чтобы их оставили в покое. Но война никого не оставляет в покое, правда? – Он внезапно поднял голову, и из его глаз на меня глянул Дугал Маккензи, нетерпеливый, неистовый и жаждавший войны. – Война снова пришла. Все видят, какое жалкое зрелище представляет из себя Континентальная армия – или представляла. – Он поднял голову, кивнул своим мыслям и посмотрел на костры, палатки и подсвеченную звездами муть над нашими головами, состоявшую из дыма, пыли, запаха оружия и вони экскрементов. – Они думали, что сокрушат повстанцев, причем быстро. Если бы не клятва, кто, кроме дурака, ввязался бы в это рискованное предприятие?

«Мужчина, у которого до того не было возможности сражаться», – подумала я.

Хэмиш криво усмехнулся Джейми.

– Я удивлен, что нас не разбили, – сказал он, и в голосе его и впрямь звучало недоумение. – А ты не удивлен, Шеймус?

– Меня это потрясло, – слабо улыбнулся Джейми. – Хотя и обрадовало тоже. И тебе я тоже рад… Шеймус.

Они проговорили чуть ли не всю ночь.