Чужестранка. Книги 1-14

– Кто? Погоди… – Майор Александр Линдси, шестой граф Балкаррес, ухватился одной рукой за дерево, чтобы устоять на ногах, а другой рукой принялся нащупывать ширинку брюк.

– Индейцы."

"Сэнди повернул к нему голову и медленно прищурил один глаз в попытке разглядеть его другим. Во время ужина подавали много вина, а особого веселья попойке добавили женщины.

Сосредоточенно помочившись, Балкаррес облегченно выдохнул и закрыл оба глаза.

– В большинстве своем – согласен, – кивнул он.

Балкаррес решил, что вопрос исчерпан, однако Уильяму, чьи мысли сейчас немного путались, пришло в голову, что он недостаточно точно выразился.

– Вот, к примеру, если приказать индейцу идти, он может пойти. А может и отказаться, если что не так.

Майор сосредоточенно пытался застегнуть ширинку и не отвечал.

– В общем, я хочу сказать, что они не понимают приказов, – заключил Уильям.

– Да, не понимают.

– Ты вот приказываешь индейцам? – спросил Уильям. Балкаррес командовал легкой пехотой и распоряжался большим отрядом разведчиков, среди которых было много индейцев; он и сам нередко одевался как индеец. – А ведь ты шотландец.

Балкаррес наконец-то застегнул ширинку.

– Ты пьян, Уилли. – Он сказал это без упрека, скорее, довольным тоном человека, сделавшего полезное умозаключение.

– Да. Но утром я протрезвею, а ты так и останешься шотландцем.

Шутка показалась им забавной; пошатываясь и то и дело врезаясь друг в друга, они проходили некоторое расстояние, а потом останавливались и снова ее повторяли. Палатка Уильяма попалась им первой совершенно случайно, и Уильям пригласил Балкарреса выпить перед сном глинтвейна.

– Ус…покаивает желудок. Будешь лучше спать, – сказал он и чуть не упал в походный сундук, из которого достал кружки и бутылки.

Балкаррес сумел зажечь свечу и теперь держал ее в руке, по-совиному моргая от света. Затем принял кружку с глинтвейном и стал пить, прижмурившись, словно от наслаждения. И вдруг широко распахнул глаза.

– Какое отношение имеет шотландец к чтению Библии? – Видимо, в памяти всплыли слова Уильяма. – Ты назвал меня язычником? Моя бабушка – шотландка и все время читает Библию. Я и сам ее читал. Немного…

Уильям нахмурился, пытаясь вспомнить, что имел в виду.

– Библия ни при чем. Индейцы. Упрямые мерзавцы. Не идут. Шотландцы тоже не идут, когда им скажешь… ну, или не всегда. Я подумал, что вот причина. Почему они слушаются тебя, твои индейцы…

Балкарресу и это показалось забавным. Отсмеявшись, он медленно покачал головой.

– Ты… ты знаешь лошадь?

– Я знаю многих лошадей. Какую именно?

Струйка глинтвейна потекла по подбородку Балкарреса, и он утерся.

– Лошадь, – повторил майор, вытирая руку о штаны. – Ее трудно заставить.