Чужестранка. Книги 1-14

Роджер не удержался и спросил:"

"– Правда, что полковник Старк приказал не стрелять, пока не видно белков глаз противника?

Ли неуверенно кашлянул.

– Знаете, сэр, может, оно и так, да я не слышал. Зато слышал, как один полковник приказал: «Если кто из вас, придурков, пальнет раньше, чем эти ублюдки подберутся, и только даром порох израсходует, тому лично мушкет в задницу засуну».

Мужчины расхохотались. Смех резко оборвался, когда из дома выглянула миссис Макмиллан: предложила еще напитков и осведомилась о причине веселья. Остаток рассказа Ли выслушали внимательно и собранно.

– Так вот, когда они перешли в наступление, от этого зрелища, скажу я вам, поджилки тряслись. Их было несколько полков, у каждого мундир своего цвета – фузилеры, гренадеры, морские пехотинцы, несметные тучи обычной пехоты, и вся эта орда ползет на нас, как муравьи. Не хвастаясь скажу, джентльмены, у наших ребят выдержки хватило. Между нами оставалось футов десять, и тут мы дали первый залп. Враг откатился, затем собрался и опять на нас, а мы еще раз – бах! – и они попадали, как кегли. А офицеры… там, кстати, полно офицеров было, все на лошадях – я одного подстрелил. Он упал навзничь, но из седла не вывалился. Лошадь понесла. Голова болтается, руки раскинуты, а сам не падает.

Голос Ли стал глуше. Роджер заметил, как преподобный Маккоркл нагнулся к секретарю и потрепал его по плечу.

– Тогда они опять на нас полезли, в третий раз. А у нас… У нас порох кончился. Они перелезли через укрепления и пошли, выставив штыки.

Роджер сидел на ступеньке. Ли стоял над ним. Он заметил, как сглотнул молодой человек.

– Мы отступили. То есть так говорят. А на самом деле мы побежали. Вот и все. Они за нами.

Он снова сглотнул.

– Знаете, когда в человека входит штык, при этом такой звук – жуть просто. Невозможно описать. До сих пор в ушах стоит. Чуть ли не по телам бежали. Ох, сколько их было. Людей протыкали, будто вертелом, и оставляли умирать, как рыб, выброшенных на берег.

Роджеру доводилось держать в руках штык восемнадцатого века. Семидюймовое треугольное лезвие, тяжелое и безжалостное, с канавкой для стока крови. Ему вдруг вспомнился треугольный рубец на шее у Джейми Фрэзера. Роджер вскочил, спустился с крыльца, извинившись, и пошел вдоль побережья, на минутку задержавшись для того, чтобы снять туфли и чулки.

Начался отлив. Роджер шел босиком по кромке воды. Пальмы шелестели на ветру, стая пеликанов летела вслед за садящимся солнцем. Волны набегали на ступни, ноги вязли в мокром песке.

Глубоко в водах залива Альбемарл горели огни – на рыбацких лодках в ящиках с песком разводили небольшие костерки, рыбаки поджигали от них факелы, чтобы видеть в темноте. Свет факелов отражался в воде.