Чужестранка. Книги 1-14

 – Из Галифакса?

Фройляйн Берриш кивнула, облизала ложку и высунула ногу из-под одеял. Подошвы ее башмаков были протерты до дыр, и она кое-как обернула обувь кожаными лоскутами и полосками ткани, которые, видимо, оторвала от своей сорочки, поэтому ноги ее были похожи на мотки грязных тряпок.

– Элизабет, – обратилась она к Лиззи. – Надеюсь, ты не протиф, что я прийти? Тфой папа… здесь? Я так надеюсь, что он тоже не фозражает!

– М-м, нет, – ответила я, переглянувшись с Лиззи. – Его здесь нет. Но я уверена, что он будет счастлив вас видеть!

Худое лицо фройляйн Берриш поначалу омрачилось; затем, когда мы объяснили причины отсутствия Джозефа, оно озарилось радостью.

– О… – выдохнула она, прижимая к груди ложку, словно это была голова мистера Уэмисса. – О, mein Kavalier![535]

Сияя от счастья, Моника Берриш обвела нас взглядом и только сейчас заметила Родни, посапывающего в корзинке у ног Лиззи.

– А это кто такой? – воскликнула она и наклонилась, чтобы рассмотреть ребенка поближе. Родни открыл темные глаза и уставился на нее с сонным интересом.

– Это мой малыш. Его зовут Родни Джозеф, в честь моего отца.

Лиззи взяла сына на руки и осторожно передала Монике. Та склонилась над ним и заворковала по-немецки.

– Дорвалась бабуля до внучка, – краешком губ пробормотала мне Брианна, и я еле сдержалась от хохота. Я не смеялась со дня гибели Мальвы, и сегодняшние посиделки были просто как бальзам на душу.

Лиззи принялась рассказывать Монике о том, как отдалился отец после ее, так сказать, нестандартного замужества. Та понимающе кивала, цокала языком, и непонятно было, как ей удается одновременно слушать Лиззи и лепетать с Родни.

– Черта с два теперь мистер Уэмисс отдалится, – шепнула я Брианне. – Запретить новоиспеченной жене общаться с внуком? Как бы не так!

– Ага. Да и что тут такого? Подумаешь, два зятя, – согласилась Бри.

Эми грустно и задумчиво наблюдала за нежной сценой, приобняв Эйдана за худенькие плечи.

– Как говорится, чем больше, тем веселее, – сказала она.

Глава 86

Муки выбора

Три рубашки, запасные брюки, две пары чулок – одна фильдекосовая, одна шелковая… Минутку! А где шелковые?

Брианна подошла к двери и окликнула мужа – тот усердно выкладывал сегменты глиняной трубы в траншее, выкопанной с помощью Джемми и Эйдана.

– Роджер, куда ты дел шелковые чулки?

Роджер нахмурился и почесал в затылке, затем отдал лопату Эйдану, перепрыгнул через траншею и подошел ближе.

– Кажется, я надевал их на службу в прошлое воскресенье. А потом…

– Да-а? – подозрительно откликнулась Брианна, заметив, как недоумение на лице мужа сменяется чувством вины.