Чужестранка. Книги 1-14

– Тебе, верно, и поболтать-то не с кем, кроме папы и брата. Да и те, похоже, слушать не станут. Особенно нынче.

Тень улыбки скользнула по ее лицу.

– Не станут, – согласилась Мальва. – Только слушать-то нечего, все уже сказано, ясно? Я потаскушка, чего еще?

– Я не считаю тебя потаскушкой, – примирительно произнес Роджер.

– Ой, да неужто?

Она покачнулась на пятках, насмешливо глядя на него.

– И как, по-вашему, назвать женщину, которая перед женатым ноги раздвигает? Распутницей, не иначе. Ну, или потаскушкой.

Ее грубость показалась Роджеру напускной, словно она демонстративно пыталась отпугнуть его.

– Я бы сказал, что она сбилась с пути. Иисус прощал падших женщин, зачем же мне обвинять в блуде ту, что им не занимается.

– Если вы мне Библию читать вздумали, то поумерьте пыл, – скривилась Мальва. – Я проповедями сыта по горло.

Это было похоже на правду. Том Кристи знал наизусть не менее десятка стихов из Священного Писания, и если не наказывал дочь физически, то наверняка делал это в устной форме.

Не найдясь, что ответить, Роджер протянул руку.

– Давай помогу управиться с дровами.

Приподняв бровь, она отдала ему топорик и отступила назад. Роджер взял деревянный чурбан, ловко расколол его пополам и нагнулся за следующим. Девушка некоторое время наблюдала за ним, а затем присела на полено.

Весна в гористой местности, как обычно, была холодной, поскольку уходящая зима еще дышала морозными ветрами с заснеженных вершин, но физический труд согрел Роджера. Он работал, не поднимая глаз от поленьев и их светло-волокнистой сердцевины, чувствуя, как лезвие топора застревает в древесине. Ему вдруг вспомнился разговор с Бри.

Предположим, Фрэнк Рэндолл изменял жене. Но стоило ли его винить, учитывая обстоятельства? Клэр бесследно пропадает; после отчаянных поисков и пережитой скорби он пытается, наконец, потихоньку начать жизнь заново. И тут на тебе! Пропавшая супруга появляется из ниоткуда, безутешная, потрепанная и беременная.

И Рэндолл принимает ее обратно, повинуясь голосу то ли чести, то ли любви, то ли Бог знает чего еще – любопытства, что ли? Роджер вспомнил рассказы Клэр, из которых было ясно, что обратно она, собственно, и не рвалась. Наверняка Фрэнк отлично это понимал.

Неудивительно, если порой им руководило уязвленное самолюбие и чувство отверженности. И вполне объяснимо, что отголоски скрытого конфликта родителей достигли Брианны, как сейсмические волны, преодолевая почвенные слои и скальные породы, сигнализируют о толчках раскаленной магмы глубоко под землей.

Так вот почему ее так огорчала дружба Роджера с Эми Маккаллум!..

Вдруг он заметил, что Мальва Кристи плачет. Молча, не закрывая лица. Слезы текли по ее щекам, плечи дрожали. Она закусила губу и не издавала ни звука.