Чужестранка. Книги 1-14

Я везла толстый кошелек и письмо от хозяина Элдриджа, это должно было помочь нам пересечь Северное море.

Трудно было пробираться сквозь снег. Глубиной около фута, предательский белый покров скрывал под собой камни, ямы и прочие опасные препятствия, и пони скользили по нему. Из-под их копыт с каждым шагом вылетали фонтаны снега и грязи, пачкали ноги и животы, а облачка воздуха от дыхания пони растворялись в морозном воздухе.

Муртаг прокладывал путь, присматриваясь к едва заметной длинной впадине, которая отмечала тропу. Я ехала рядом с Джейми, чтобы в случае, если он потеряет сознание, подхватить его, хотя, по его собственному настоянию, мы привязали его к пони. Только левая рука оставалась свободной и лежала на пистолете, скрытом под плащом и привязанном к луке седла."

"Мы проехали мимо нескольких далеко отстоящих друг от друга лачуг. Над соломенными крышами поднимался дымок, но обитатели и скот прятались от холода внутри. То здесь, то там кто-нибудь шел от хижины к коровнику с ведром или охапкой сена, но в основном дорога оставалась пустынной.

Через две мили после Элдриджа мы оказались в тени тюрьмы Вентворт — мрачного нароста на склоне холма. Здесь дорога была утоптанной — движение в тюрьму и из нее не прекращалось даже в самую плохую погоду.

Мы так рассчитали время, чтобы оказаться возле тюрьмы во время обеда, в надежде, что часовые будут заняты пирогами с мясом и элем. Мы медленно пересекли короткую дорожку, ведущую к воротам — просто путники, которым не повезло и пришлось выехать в такой ужасный день.

Оставив тюрьму позади, мы остановились в небольшой сосновой рощице, чтобы дать передышку пони. Муртаг наклонился и заглянул под шляпу с широкими полями, скрывавшую приметные волосы Джейми.

— Ну как, парень? Ты что-то притих.

Джейми поднял голову. Лицо его побледнело, по шее, несмотря на ледяной ветер, скатывались струйки пота, но он сумел выдавить почти искреннюю улыбку.

— Я выдержу.

— Как ты себя чувствуешь? — встревоженно спросила я. Он обмяк в седле: никаких следов обычной гордой посадки. Вторая половина улыбки досталась мне.

— Пытаюсь понять, что болит сильнее — ребра, рука или задница. И пока выбираю между ними, могу не думать про спину.

Он сделал большой глоток из фляжки, которую предусмотрительно вручил ему сэр Маркус, передернулся и протянул фляжку мне. Содержимое оказалось намного лучше неочищенного самогона, который я пила по дороге в Леох, но не менее крепким. Мы поехали дальше, и в моем желудке запылал веселый костер.

Пони пытались одолеть пологий склон, из-под копыт летел снег, и тут я увидела, что Муртаг резко дернул головой.

Проследив за его взглядом, я увидела четверых солдат в красных мундирах, верхом, на вершине холма.

Сделать ничего было нельзя.