Чужестранка. Книги 1-14

Иокаста снова вздохнула, открыла глаза и присела на колени рядом со мной; она потянулась в глубь сундука, чтобы провести пальцами по краям погребенного в прошлом искусства и найти нужную картину.

– Масло, – сказала она. – Достаньте их.

Я уже вытащила коробочки с миниатюрами. Джейми присел с другой стороны от сундука, поднимая охапки рисунков и альбомы, так чтобы я смогла достать масляные холсты, лежащие на ребре у стенки.

– Портрет, – сказала она, склонив голову набок и прислушиваясь к глухому шуршащему звуку, который издавали холсты, когда я ставила их рядом с сундуком. – Старик.

Было ясно, какой она имеет в виду. Из пяти картин две были пейзажами, три портретами. Я узнала Фаркуарда Кэмпбелла на одном холсте, гораздо моложе, чем сейчас, автопортрет Иокасты, сделанный примерно около двадцати лет назад, но мне было некогда рассматривать эти работы, какими бы интересными они ни были.

Третий портрет выглядел так, будто он был закончен гораздо позже двух предыдущих, – по нему было заметно, что художница начала терять остроту зрения. Края выглядели размытыми, а цвета грязноватыми, формы были искажены, так что пожилой джентльмен, смотрящий сквозь масляную дымку, производил жутковатое впечатление, как будто принадлежал к какой-то инопланетной расе, несмотря на респектабельность его белого парика и высокого шейного платка. На нем были старомодный черный сюртук и жилет, через плечо был перекинут тартан, подколотый золотой брошью, которая перекликалась по орнаменту с рукояткой кинжала, которую он плотно сжимал узловатыми, опухшими от артрита пальцами. Я узнала этот кинжал.

– Это Гектор Кэмерон. – Джейми тоже узнал мужчину, он увлеченно смотрел на портрет.

Иокаста вытянула руку, касаясь поверхности портрета, как будто узнавая его через прикосновение.

– Да, это он, – сухо отозвалась она. – Ты не встречал его живым, племянник, не так ли?

Джейми покачал головой.

– Может, всего однажды, но я был тогда совсем ребенком. – Его взгляд блуждал по лицу пожилого мужчины с интересом, как будто он пытался разгадать по портрету, каков был его характер. Подсказки были на поверхности: портрет будто вибрировал, передавая силу личности Гектора.

У мужчины на портрете были крупные кости, хотя кожа и свисала с них, потеряв упругость за годы. Глаза смотрели остро, но один был слегка прикрыт – возможно, веко чуть опустилось из-за микроинсульта, но впечатление создавалось такое, будто это была его привычная манера смотреть на мир – цинично прищурив один глаз в критической оценке.

Иокаста искала что-то в сундуке, ее пальцы быстро касались содержимого, будто мотыльки. Она дотронулась до коробки с миниатюрами и подняла ее, издав короткий ликующий возглас.