Чужестранка. Книги 1-14

Мистер Кромби, по первости довольно зажатый в новой обстановке, начал расслабляться под действием пищи, хвойного пива и лестного внимания, оказываемого ему. Отчасти это внимание, подумал Джейми, имело причиной присутствие молодого Йена, который, широко улыбаясь, стоял рядом со своим учеником, поправляя его и подсказывая, пока тот не освоится с новым языком и сможет справляться самостоятельно. Йен был невероятно популярен среди женского населения деревни.

Сам Джейми вовсю наслаждался пиршеством. Он сбросил с себя ответственность, и теперь ему ничего не нужно было делать, кроме как говорить, и слушать, и есть. Уже следующим утром он уйдет отсюда.

Это было очень странное чувство, какого он, наверное, никогда прежде не испытывал. Он покидал многое и многих; обычно прощания были наполнены сожалением, несколько – облегчением, другие разбивали ему сердце и оставляли истекать кровью. Но сегодня было иначе. Все казалось странно торжественным, нечто было сознательно сделано в последний раз, но в этом факте не было грусти.

Должно быть, так ощущается завершение. Он сделал, что мог, и теперь Птица и его люди пойдут своим путем. Он может вернуться сюда, но больше никогда по долгу службы, как агент короля.

Это была необычная мысль. Никогда прежде он не жил, никому не присягая на верность, желанной была эта присяга или нет, осознанной или нет, была ли это верность немцам дома Джорди или Стюартам. А теперь все поменялось.

Впервые он смутно начал понимать то, что пытались ему объяснить дочь и жена.

Хирам пытался пересказать один из псалмов. У него неплохо получалось, потому что он заранее попросил Йена перевести его и выучил переведенное наизусть. Как бы там ни было…

– Налитое на голову драгоценное масло, стекающее на бороду…

Пенстемон опасливо покосилась на небольшой горшочек с топленым медвежьим жиром, который использовали в качестве соуса, и, переведя взгляд на Хирама, сузила глаза, явно приготовившись вырвать горшочек у него из рук, если он вдруг соберется лить жир себе на голову."

"– Это история его предков, – сказал ей Джейми, пожав плечами. – Не его обычай.

– О. Хм. – Женщина немного расслабилась, но глаз с Хирама решила не спускать. Он был гостем, но не все гости ведут себя как положено.

Хирам, как бы там ни было, не сделал ничего неподобающего, только протестовал против переедания и отвешивал неуклюжие комплименты хозяевам; его упорно продолжали кормить до тех пор, пока он не наелся так, что глаза полезли из орбит. Индейцев такой результат удовлетворил.

Йен останется на пару дней, с тем чтобы удостовериться, что Хирам и люди Птицы нашли общий язык. Джейми был не совсем уверен в том, что ответственность за Хирама сможет противостоять своеобразному чувству юмора Йена.