Чужестранка. Книги 1-14

 – Парни все вытянули свои пальцы, чтобы коснуться животика малыша, осторожные, будто им предлагают потрогать горячую картошку, а он изворачивался и хихикал, как маленький угорь. У этих дуралеев глаза были размером с шестипенсовики!

– Представляю себе, – сказала я, усмехнувшись.

– С другой стороны, – заметила я вполголоса, как только миссис Баг ушла с ребенком, – если их родители думают, что он рожден демоном, а ты его дед…

– Ну, ты его бабушка, саксоночка, – сухо сказал Джейми. – Это можешь быть ты. Но да, я предпочел бы, чтобы они не размышляли на эту тему.

– Да, – согласилась я. – Как думаешь… кто-нибудь из них знает, что Марсали тебе не родная дочь? Про Фергуса они должны знать.

– Это не имеет особого значения, – сказал он. – Они в любом случае думают, что малыш Анри – подменыш.

– Откуда ты это знаешь?

– Люди болтают, – ответил он кратко. – Ты себя хорошо чувствуешь, саксоночка?

Освобожденная от тяжести ребенка, я чуть отодвинула одеяло, чтобы впустить воздух. Джейми неодобрительно посмотрел на меня.

– Боже, я могу пересчитать все твои ребра! Прямо через рубашку!

– Наслаждайся этим опытом, пока можешь, – едко посоветовала я, хотя его замечание болезненно отозвалось во мне. Он, казалось, почувствовал это, потому что взял меня за руку и повел пальцем вдоль глубоких синих линий вен, что бежали по тыльной стороне моей ладони.

– Не тревожься понапрасну, саксоночка, – сказал он более мягко. – Я не это имел в виду. Вот – миссис Баг, похоже, принесла тебе что-то вкусное. – Он поднял крышку с небольшой миски, нахмурился, глядя на ее содержимое, а затем осторожно опустил туда палец и облизнул его.

– Кленовый пудинг, – объявил он радостно.

– О? – У меня пока что совершенно не было аппетита, но кленовый пудинг звучал довольно безобидно, и я не стала возражать, когда он набрал ложку и направил ее в сторону моего рта, делая это так сосредоточенно, как будто он пилотировал самолет.

– Я могу накормить себя сама, зна… – Он сунул ложку мне в рот, и я покорно приняла ее. Гастрономические откровения сливочной сладости сразу же взорвались у меня во рту, и от наслаждения я прикрыла глаза, возвращаясь к давно забытым ощущениям.

– О Боже, – сказала я. – Я и забыла, какова на вкус хорошая еда.

– Я знал, что ты ничего не ела, – сказал он с удовлетворением. – Вот, давай еще.

Я настояла на том, чтобы есть самостоятельно, и справилась с половиной порции; Джейми, по моему настоянию, доел все остальное.

– Ты, может, не такой худой, как я, – произнесла я, поворачивая руку и морщась при виде торчащих костей на запястье, – но ел, похоже, не очень много.

– Похоже, что нет. – Он аккуратно выскреб из миски остатки пудинга, и облизнул ложку. – Было… некогда.

Я пристально посмотрела на него.