Чужестранка. Книги 1-14

– Ты уверен? – спросила она мягко. Он кивнул, и Бри заметила, как он сглотнул.

– Я уверен.

– Тебе страшно?

Он слегка улыбнулся в ответ.

– Да.

– Я помогу, – сказала она твердо. – Ты только скажи как, и я помогу.

Он глубоко вздохнул, его лицо просветлело, хотя улыбка была печальной.

– Я не знаю как, – сказал он. – Не знаю сам, как это сделать. Не говоря уж о том, чем ты можешь помочь. Это меня и пугает. Собственная растерянность.

– Может, и не знаешь, – сказала она. – Но ты ведь и так все это делал, верно? Кстати, тебе потребуется формальное посвящение в сан? Или ты можешь просто объявить себя священником, как те телепроповедники, и сразу начать собирать пожертвования?

Он улыбнулся шутке, но ответил серьезно.

– Чертовы паписты. Вам кажется, что только вы одни совершаете святые таинства. А мы тоже это делаем. Думаю, я съезжу в пресвитерианскую академию, узнаю, что нужно сделать для посвящения в духовный сан. А насчет пожертвований – подозреваю, что разбогатеть мне вряд ли удастся.

– Ну, не то чтобы я этого ожидала, – заверила она его серьезно. – Не беспокойся, я вышла за тебя не ради финансовой выгоды. Я найду деньги, когда они нам понадобятся.

– Как?

– Не знаю. Вряд ли я стану торговать своим телом. Только не после того, что случилось с Манфредом.

– Даже не заикайся об этом, – сказал он. Его ладонь опустилась на ее руку, большая и теплая.

Высокий пронзительный голос Айдана Маккаллума прорезал вечерний воздух, и Брианне в голову пришла неожиданная мысль.

– Твоя… Твоя… мм… п-паства… – фраза показалась ей ужасно смешной, и она захихикала, несмотря на серьезность вопроса. – Они не будут возражать, что ты женат на католичке? – Она резко повернулась к нему, взбудораженная другой мыслью. – Ты же не попросишь меня сменить веру?

– Нет, не попрошу, – сказал он быстро, но твердо. – Никогда в жизни. Насчет того, что они могут подумать или сказать… – Его лицо исказилось, выражая нечто между тревогой и решимостью. – Если они не захотят это принять… пусть катятся к черту, вот и все.

Она рассмеялась, и Роджер последовал примеру супруги, его смех звучал надтреснуто, но был неудержимым.

– Кошка священника – неучтивая кошка, – поддразнила она. – Кстати, как это будет по-гэльски?

– Понятия не имею. Но кошка священника – успокоившаяся кошка, – добавил он, все еще улыбаясь. – Я не знал, как ты отреагируешь, что подумаешь.

– Я и сама пока не вполне уверена, что об этом думаю, – признала Брианна и легонько сжала его ладонь. – Но я вижу, что ты счастлив.

– Это видно? – Он улыбнулся шире, и последний закатный луч на секунду отразился в его глазах, и они блеснули густой изумрудной зеленью.

– Видно. Ты как будто… светишься изнутри. – Ее горло сжалось.