Чужестранка. Книги 1-14

Эта мысль вывела меня из печальной неподвижности. Нет времени на размышления над могилами, или еще одна пара синих глаз невидяще уставится на падающий снег.

Нужно найти Муртага и Руперта. Вероятно, можно будет воспользоваться этой потайной дверью. Совершенно очевидно, что ее не охраняют, как главные ворота и другие входы в тюрьму. Но мне нужна помощь, и срочно.

Я выглянула из канавы. Солнце висело низко, прямо над верхушками деревьев, едва проглядывая сквозь облачную дымку. Воздух был насыщен влагой. Скорее всего, к вечеру опять пойдет снег — облака плотно затянули небо на востоке. Осталось не больше часа до сумерек.

Я пошла вдоль канавы, не желая лезть вверх по ее крутым каменистым откосам, пока не возникнет такая необходимость. Она довольно скоро повернула прочь от тюрьмы; похоже, дальше ведет к реке — видимо, тающие снега уносят с собой тюремные отходы. Я уже дошла до угла вздымающейся ввысь стены, когда услышала за спиной какой-то негромкий звук. Я резко повернулась. В канаву свалился камень, сдвинутый с места волчьей лапой.

В отличие от предметов, спрятанных под снегом, с волчьей точки зрения я обладала довольно привлекательными качествами. С одной стороны, я двигалась, поймать меня было сложнее, и я могла сопротивляться. С другой — я была медлительная, неуклюжая и не окоченевшая, значит, не было опасности сломать зубы. Кроме того, от меня пахло свежей кровью, соблазнительно теплой в морозном воздухе. Будь я волком, подумала я, я бы не стала колебаться. Зверь принял решение о наших будущих отношениях в тот же самый миг, что и я.

В больнице Пемброк был один янки по имени Чарли Маршалл. Очень приятный парень, дружелюбный, как и все янки, и очень занимательно рассказывал о своих любимцах. Его любимцами были собаки — Чарли служил сержантом в корпусе К-9. Он подорвался на мине вместе с двумя собаками в небольшой деревушке около Арьеса. Он горевал о собаках и часто рассказывал мне о них, если я присаживалась рядом во время коротких передышек своей смены.

Что касается подобного случая, он однажды рассказал мне, что следует, а чего не следует делать, если на тебя нападут собаки. Мне казалось, что называть жуткое создание, пробирающееся сейчас между камнями, собакой, это немного перегибать палку, но все же я надеялась, что у него должны быть хоть какие-то общие черты со своими домашними потомками."

"— Плохая собака, — твердо сказала я, глядя в желтый глаз. — В сущности, — добавила я, медленно пятясь к тюремной стене, — ты просто ужасная собака. — (Говори твердо и громко, — словно слышала я голос Чарли.) — Возможно, самая плохая из всех, кого я видела, — сказала я твердо и громко, продолжая пятиться, нащупывая рукой камни стены и заворачивая за угол.