Чужестранка. Книги 1-14

Слезы текли по лицу и попадали мне в рот, хотя я не помнила, когда начала плакать. Рэндалл немного постоял, как в трансе, глядя вниз, на Джейми. Потом вспомнил, шевельнулся и снова вытащил кинжал из ножен.

Лезвие рассекло путы на моих запястьях, оцарапав кожу. Я едва успела потереть руки, чтобы восстановить циркуляцию крови, как Рэндалл подхватил меня под локоть и поволок к двери.

— Подожди! — раздался сзади голос Джейми, и Рэндалл нетерпеливо повернулся к нему.

— Ты позволишь мне попрощаться. — Это было утверждение, а не вопрос, и Рэндалл лишь на миг замялся, кивнул и подтолкнул меня в спину к неподвижной фигуре за столом.

Здоровая рука Джейми крепко обняла меня за плечи, и я зарылась мокрым лицом в его шею.

— Ты не можешь, — шептала я. — Ты не можешь. Я не позволю тебе.

Теплые губы прижались к моему уху.

— Клэр, меня повесят утром. Ни для кого не имеет никакого значения, что случится в этом промежутке.

Я отпрянула и уставилась на него.

— Для меня имеет!

Напряженные губы искривились в какое-то подобие усмешки, он поднял здоровую руку и прикоснулся к моей мокрой щеке.

— Я знаю, то duinne. Поэтому ты сейчас и уйдешь. И я буду знать, что есть кто-то, кто думает обо мне.

Он снова притянул меня к себе, нежно поцеловал и прошептал по-гаэльски:

— Он позволяет тебе уйти, потому что считает тебя беспомощной. А я знаю, что это не так. — Он отпустил меня, добавил по-английски: — Я люблю тебя. Уходи.

Рэндалл вытолкнул меня за дверь и остановился.

— Я скоро вернусь. — Он сказал это голосом мужчины, который вынужден ненадолго покинуть свою возлюбленную, и мой желудок снова потяжелел.

Красный силуэт на фоне пылающего за спиной факела — Джейми опустил голову на прибитую к столу руку.

— Думаю, ты найдешь меня здесь.

Черный Джек. Общее имя для всех мерзавцев и негодяев восемнадцатого столетия. Основа романтических романов, имя, вызывающее в воображении очаровательных разбойников с большой дороги с лихими кинжалами и в шляпах с плюмажем. Рядом со мной шла действительность.

Никогда не перестаешь думать, что же лежит в основе любых романов. Трагедия и ужас, сглаженные временем…

Добавьте в повествование немного мастерства — и voila! Волнующий роман, от которого кровь по жилам бежит быстрее, а девушки вздыхают.

Моя кровь бежала быстро, и ни одна девушка не вздохнет так, как Джейми, баюкающий изувеченную руку.

— Сюда. — Рэндалл открыл рот в первый раз после того, как мы вышли из камеры, и показал на узкую нишу в стене, не освещенную факелами. Выход, о котором он говорил Джейми.

К этому времени я достаточно взяла себя в руки, чтобы заговорить, и так я и сделала. Я шагнула назад, чтобы факел полностью осветил меня, потому что мне хотелось, чтобы он запомнил мое лицо.