Чужестранка. Книги 1-14

 — Он задумчиво осмотрел меня и покачал головой. — Нет. Хоть ты для женщины и высокая и даже сможешь ударить в шею, все равно тебе не хватит силы, чтобы проколоть насквозь. Разве только если твой противник будет сидеть. Лучше учись бить снизу. — Он задрал рубашку, обнажив волосатое брюшко, уже блестевшее от пота. — Сюда, — показал он себе под грудину. — Целиться нужно сюда, если убиваешь лицом к лицу. Целься прямо и бей изо всей силы. Тогда он пронзит сердце, а это убивает за минуту-две. Единственная проблема — не попасть в грудную кость. Она расположена ниже, чем кажется, а твой нож застрянет в мягком кусочке на самом краю и ничем не навредит твоей жертве, зато ты останешься без ножа, и противник тебя убьет. Муртаг! У тебя спина костлявая. Иди сюда, покажем девице, как бить сзади.

Руперт повернул недовольного Муртага, задрал его грязную рубашку и продемонстрировал мне узловатый позвоночник и торчащие ребра, а потом ткнул коротким пальцем под правое нижнее ребро, заставив Муртага пискнуть.

— Вот это место на спине — с другой стороны. Видишь, тут ребра и все такое, поэтому очень трудно задеть что-нибудь жизненно важное, когда бьешь в спину. Если сможешь попасть ножом между ребрами, это одно дело. Но это намного труднее, чем кажется. А вот здесь, под последним ребром, ты бьешь прямо в почку. Бей сильнее, и он упадет, как камень.

Потом Руперт заставил меня бить из разных положений. Он заводился все сильнее, заставляя всех по очереди изображать из себя жертву. Им это казалось очень забавным. Они послушно ложились на траву, или поворачивались ко мне спиной, чтобы я могла напасть из засады, или делали вид, что душат меня, чтобы я попыталась ударить в живот.

Зрители подбадривали меня криками, а Руперт решительно объяснял, что я не должна передумывать в последний момент.

— Бей так, словно собираешься убить, девица, — говорил он. — Когда все произойдет всерьез, ты не сможешь отпрянуть. А если эти увальни не смогут вовремя убраться с твоей дороги, значит, они заслужили именно то, что получат.

Поначалу я действовала робко и исключительно неуклюже, но Руперт оказался отличным учителем, очень терпеливым, и хорошо показывал приемы, все снова и снова. Он закатывал глаза в притворной похоти, когда приближался ко мне сзади и хватал меня за талию, но тут же становился очень деловым, брал меня за запястье и учил, как резануть противника по глазам.

Дугал сидел под деревом, баюкал раненую руку и отпускал язвительные замечания. Однако воспользоваться чучелом предложил именно он.

— Дайте ей что-нибудь, куда можно вонзить кинжал, — сказал Дугал, когда у меня стало немного получаться делать выпады и наносить удары. — В первый раз это всегда страшно.

— Точно, — согласился Джейми.