Чужестранка. Книги 1-14

Какое-то время Джейми стоял неподвижно, глядя на старого Алека. Слезы все еще бежали по его лицу — словно дождь, омывающий отполированные грани скалы. Затем он взял меня за локоть и, не говоря ни слова, повел из конюшни.

Когда мы были у двери, я обернулась. Алек все еще сидел неподвижно — темная, сгорбленная фигура, закутанная в плед, единственный глаз невидяще устремлен в темноту.

Люди разбрелись по всему дому; усталые до изнеможения, они искали хоть какого-нибудь забвения — от сосущего голода, от сознания полной и необратимой катастрофы. Женщин здесь не было; те военачальники, которых сопровождали женщины, давно их отпустили — слишком неясным было будущее.

Что-то проворчав, Джейми оставил меня у двери, которая вела во временное жилище принца. Мое присутствие ничего не меняло. Я медленно бродила по дому, слушая тяжелое дыхание спящих мужчин, ощущая густой запах тупого отчаяния, витавший над всеми ними. Наверху я нашла маленький чуланчик, заваленный ненужной поломанной мебелью, но, по крайней мере, он был необитаем. Я пробиралась между этим хламом, чувствуя себя маленьким зверьком, ищущим убежища от мира, в котором разыгрались огромные разрушительные силы."

"В единственное крошечное оконце вползало серое туманное утро. Я протерла его полой своего плаща, но сквозь густой туман ничего не было видно. Я прижалась лбом к холодному стеклу и затихла. Где-то там было поле битвы, но я не видела ничего, кроме собственного отражения.

Я знала, что известие о таинственной и страшной кончине герцога Сандрингемского уже дошло до принца Карла; мы слышали об этом почти от каждого, кто встречался нам во время нашего продвижения на север, и потому без всяких опасений могли теперь появиться и сами. Интересно, что же мы сделали, спрашивала я себя. Погубили в ту ночь дело якобитов или, сами того не ведая, спасли Карла Стюарта от английской ловушки? Дрожащим пальцем я вывела на мутном стекле знак вопроса — еще один вопрос, на который я никогда не найду ответа.

Прошло немало времени, прежде чем я услышала шаги на не покрытых ковром ступеньках лестницы, ведущей к моему убежищу. Я подошла к двери и увидела на лестничной площадке Джейми. Одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы все понять.

— Алек был прав, — заявил он без всяких предисловий. От голода черты его лица обострились, чувство гнева, владеющее им сейчас, придало им еще больше резкости. — Войска продвигаются к Каллодену — насколько они вообще в силах двигаться. Люди уже два дня не спали и не ели, нет снарядов для пушек, но они идут. — Джейми вдруг взорвался гневом и с силой ударил кулаком по шаткому столику — стопка медных тарелок с гулким звоном упала на пол, эхо разнеслось по всему чердаку.